Анастасия Манакова

26 ноября, 2015 | 3897 86

В свои 27 лет эта девушка успела и успевает многое, и, кажется, совмещает несовместимое: занимается частной юридической практикой, поет в рок-группе, успела поработать кадровиком, экономистом, мастером по наращиванию ногтей. Много лет она отдала танцам — в «Александрии» и «Траффике». Анастасию не номинировали на вылет из проекта, нет. Благополучно она дошла до финала. И заглянула в нашу редакцию на интервью. Из него вы сможете узнать, почему Настя не читает книг уже восемь лет и каково это — работать поваром, когда тебе всего двенадцать. 

— Как ты думаешь, почему тебя ни разу не номинировали? В везении дело или в том, что ты такая замечательная?
— Наверное, повезло! На конкурсе фото, считаю, я не проявила себя. На снимках была не я. На первом фото, что для конкурса с ювелирными украшениями, была какая-то больная женщина (смеется). Снималась с температурой, приболела. Снимок был никакой. У меня он не вызвал эмоций. Да и у жюри тоже. Наверное, он прошел мимо судей, так как был просто неприметным. Второй снимок, с животными — есть ощущение, что глаза на этой фотографии — стервозные и злые. В том конкурсе, считаю, можно было и меня номинировать, перевес был всего один голос от жюри. Но повезло, меня отстояли.

— То есть ты номинации на вылет не боялась?
— Конечно, боялась! Просто само это чувство — что ты что-то сделал не так, плохо — неприятное. Не хотелось бы испытывать его. Находясь на грани номинирования, я чувствовала себя подавленно. Хотя, к конкурсу морально готовилась. У меня была цель получить только положительные эмоции. 

— Хм, а отрицательные эмоции — тут получается получать?
— Из всего, что происходит на проекте, я делаю выводы. Слава богу, ни в каких перепалках я не участвую, хотя провокации были. Например, кто-нибудь комментарий оставит неприятный, с целью спровоцировать. Я всегда пыталась решать конфликты мирным путем. Стараюсь отвечать так, чтобы человек уже ничего не писал, чтобы исчерпать конфликт. Возможно, перевести все в шутку или вытащить из комментатора что-то хорошее, светлое. Не бывает так, что человек полностью плохой. И хочется в людях только хорошее видеть. Если я буду вступать в перепалки, то это и мне, и оппоненту принесет вред. И эмоции неприятные. А ведь все болезни, как известно, от нервов. Я дорожу своим психологическим здоровьем. 

— Получается, не участвуя во всей этой подковерной возне, ты попросту избегаешь конфликтных ситуаций, сглаживаешь острые углы?
— Да, можно считать и так. Сглаживаю углы, потому что споры, в которых переходят на личности и оскорбления — никогда ничем хорошим не заканчиваются. Никогда. Всегда нужно решать проблемы, говоря друг с другом конструктивно. 

Кстати, уже участвуя в конкурсе, я пошла учиться дополнительно на медиатора — относительно новое веяние в юриспруденции. Это человек, который регулирует конфликты. Он может примирять стороны, помогает людям заключить соглашение, когда до суда еще не дошло дело. Все это юридически оформляется. Учась на медиатора, я прошла и базовый курс по конфликтологии. Так что на все эти перебранки в проекте смотрю с профессиональным интересом, с точки зрения анализа. Конечно, в моей жизни есть конфликты. Но стараюсь не доводить их до взаимной ненависти.

 

— Слушай, как все гладко получается. А ты не боишься, что про тебя могут сказать, вот, мол, девочка — и нашим, и вашим, всем улыбается, со всеми дружит…
— Но ведь я искренне это делаю. Я не играю. Есть люди, к которым я абсолютно нейтрально отношусь, с ними я не общаюсь, например. На проекте нет девушек, к которым у меня был бы резкий негатив, которых бы я ненавидела. Да, меня что-то раздражает, бывает. Но я держу раздражение при себе. Вымещать его на ближнего — глупо. Это не принесет ему никакой пользы и ничему не научит. Зачем тратить силы? Да, я стараюсь обходить острые углы — для меня так комфортнее. Я со всеми в хороших отношениях. 

— Насколько знаю, в жизни ты много училась. И до сих пор вот продолжаешь. Что за страсть такая?
— После школы поступила в АмГУ на финансы и кредит. Отучилась всего два курса. Я все это время хотела работать. Но когда учишься очно, работу с учебой совмещать невозможно — если всем заниматься, как следует. И я решила уйти в «академ» со второго курса. Как раз в то время «Фике» заявили о себе, как о крутом обучающем центре. Я нашла деньги и втайне от родителей пошла учиться на мастера по наращиванию ногтей. 

— Почему втайне? Решила поберечь их нервы?
— Да! Хотя у меня очень демократичные родители — никаких запретов не ставили, я сама всегда могла решать за себя. Уже после того, как оформила «академ», пришла к родителям и сказала: сейчас отучусь на мастера, поработаю, восстановлюсь спустя год. Они были просто шокированы таким поворотом, схватились за голову: дочь будет неучем! Но я ведь пообещала. 

Родители предоставили в своем офисе кабинет, и я год принимала там клиенток. Потом восстановилась в университете. И уже сама себе стала оплачивать учебу. На последнем курсе устроилась на геолого-разведывательное предприятие. Сначала офис-менеджером, затем мой труд отметили, увидели потенциал, повысили до экономиста. Дальше — больше, я совмещала две должности, работала кадровиком. Потом весь офис перенесли в Москву, меня тоже звали, но я не захотела — в то время я уже была замужем, не поехали. 

После этого я работала в крупном предприятии, разрабатывала там систему бюджетирования. Это формулы, расчеты, положения… Это все очень творческая работа.

— Эээммм… Формулы и расчеты — творчество?
— Конечно! Ты ведь сам выстраиваешь весь механизм, понимая, как он должен функционировать. Хотя, от цифр я потом заскучала. На тот момент я уже училась в ТОГУ на юриста. 

— Еще училась? В твоих сутках точно 24 часа, как и в наших?
— Да, заочно. Знания там очень сжато даются, но у меня было преимущество — параллельно с учебой и работой была еще юридическая практика в суде. Изначально к мысли о юриспруденции меня подтолкнула мама. У нее был бизнес и вела она его будучи человеком с двумя высшими образованиями. Потом жизненные обстоятельства вынудили ее быстро получить юридические знания (среднее — по срокам меньше). В данный момент она заканчивает высшее юридическое, поскольку из бизнес-вумен переквалифицировалась в юриста. Яркий пример того, что учиться и менять свою жизнь никогда не поздно. Честно, очень горжусь ей.

Всегда хотела уйти в самостоятельное плаванье — работать с восьми до пяти — не по мне. Я люблю труд, и могу засиживаться на работе до полночи, если интересно. Так я трудилась под крылом у мамы где-то год, а потом открыла свой небольшой офис, занимаюсь частной юридической практикой. Сейчас у меня есть свои клиенты. 

— И каково в наше время молодой девушке иметь собственную фирму?
— Я бы не называла это так громко. Для меня фирма — это все же большой трудовой коллектив. У меня из коллектива — только уборщица да я сама. Все. Но с полной уверенностью могу сказать, что сейчас я сама себе хозяйка. Нет того дяди, на которого бы я работала, который бы, возможно, решал за меня какие-то проблемы. 

— И гарантированно платил зарплату, заметь. Не страшно это — нести ответственность за свою работу только самой, когда нет человека, который подскажет-поможет?  
— Не страшно! Да и к тому же, такой человек есть. Моя мама, на которую я всегда равняюсь, к которой прислушиваюсь — всегда поможет и подскажет. У меня замечательная семья — мама, папа, бабушка, любимая сестра, мой муж и его родители — в любой ситуации они поддержат меня и приободрят. И друзья! Не чувствую себя одинокой в этом мире, занимаясь любимым делом.

— В своем блоге ты писала, что любишь помогать хорошим людям. Что это за люди такие и где для тебя та грань, между хорошим и плохим человеком?
— У меня есть свои критерии, которые я никому не навязываю. Люди разные. Я говорила чисто о своем восприятии человека. Для меня плохой — это тот, кто просто тобой пользуется. Не хочу быть использованной в своем стремлении помочь. 

— А чем помочь-то?
— Раньше я помогала всем подряд, с энтузиазмом. Банально: даже по студенчеству все выезды с группой организовывала. Закупала продукты, сама таскала тяжеленные пакеты, договаривалась насчет поездки. Чтобы никто не беспокоился! Наверное, тогда и наступил переломный момент: ты вроде бы и разрываешься, делаешь все возможное, а люди воспринимают это, как должное. Я человек не тщеславный, мне не нужно дифирамбов петь. Но чувство благодарности у человека должно быть. Для меня это важно, это даже стимул какой-то. Сейчас я могу помочь, например, своим клиентам. Бесплатно. Просто потому, что они оказались в сложной ситуации и запали мне в душу. Вот, выиграла два суда, разрешив их проблемы. Ни копейки за это не взяла. 

— А в комментариях тебе предлагали накормить бомжа… Что на это скажешь? Готова?
— Эммм… Среди бомжей, честно говоря, редко бываю (смеется). Да я даже мусор не выношу. С супругом у нас распределены обязанности — с утра идет на работу и захватывает с собой. Так что бомжей не застаю уже давно. Во-первых. А во-вторых, их на улицу разные причины приводят. Кого-то, может, алкоголизм победил, и он сам выбрал путь человека, свободного от общества. Асоциального человека. А я все-таки, в первую очередь думаю о людях, которые находятся в обществе, а не за его пределами. Как-то так. 

— Зато честно! Еще, кстати, интересная информация: в 12 лет ты, оказывается, работала самым настоящим поваром. Как угораздило?
— Подрабатывала у папы с мамой. Тогда у них небольшой был коллектив на 12 человек. И вот летом получилось так, что их повар уволился. А кормить людей надо. В 12 лет я уже умела хорошо готовить, состряпать обед или ужин могла без проблем. Мне и предложили. Каждый день готовила работникам обед, все как положено: первое, второе и компот. Как сейчас помню — за все лето получила 1 700 рублей. Эх, для меня по тем временам это были приличные деньги!

— Помимо всего прочего, ты поешь в благовещенской рок-группе «5К». Расскажи, как тебя, юриста, занесло в тяжелый музон? И, кстати, куда подевался тот плотненький блондин, что был у них на вокале до тебя? Сурово голосил. И репертуар раньше состоял преимущественно из собственных жестких песен. Почему перешли на кавера?
— Захотели зарабатывать музыкой, поэтому и перешли на кавер-версии. Сомневаюсь, что на свадебном банкете или корпоративе «зашел» бы такой тяжеляк (смеется). Это сложно. 

Изначально я больше занималась танцами. В четыре года родители отдали в шоу-группу «Радуга», мы там пели, танцевали. Лет в 11 уже плотно занялась танцами в «Александрии», в основном составе. Потом танцевала в основном составе «Траффика». А петь в группе я стала по чистой случайности. У них проходил кастинг, и гитарист «5К», с которым мы вместе работали, пригласил меня. О вокале в то время я не думала совершенно. У меня был другой личный интерес: мечтала научиться играть на барабанах! И я подумала — схожу, эти ребята наверняка научат на ударных играть! Прошла кастинг. Так вот и стала вокалисткой. Хотя мне еще есть над чем работать. 

— И напоследок, меня вот что интересует жгуче. В блоге ты писала, что художественной литературы не читаешь уже лет восемь. Что ж так печально?
— Да, это очень печально. Думаю, когда человек начитан именно на художественных произведениях, у него и житейская речь грамотная. Он может быстро формулировать мысли, оперировать сложными предложениями, красочно говорить. Всегда приятно послушать. У меня получается речь развивать в рамках своей профессии. Иногда, как начнешь что-то говорить, и так гладко все льется, самой удивительно. А когда говорю просто о жизни — бывают моменты, что стопорюсь. Торможу. Реально туплю прям (смеется). Что мне помогает оставаться интересной? Черпаю от общения с окружающими людьми — творческими, умными. Не из книг, а от людей. Видимо, я не чувствую потребности читать. Не готова жертвовать ради чтения другими занятиями. Я, скорее, пишу свою собственную книгу жизни, а не читаю чужую… 

 
Нашли ошибку? Выделите её и нажмите Ctrl + Enter
Закрыть
Отправить сообщение об ошибке