Мария Григорьева

Автор: Big Lebowski
2 декабря, 2015 | 4422 33

Мария Григорьева — последняя из десятки претенденток на корону «Девушки года». Она спокойно миновала все конкурсные этапы, пробившись в финал, где поборется с четырьмя соперницами. Наша гостья рассказала о том, что умеет готовить (хоть и не всегда вкусно), об увлечении экстримом (хоть и не попробовала прыжок с парашютом в тандеме), а также о собственной прямолинейности (хоть и старается никому не грубить). 

— Есть особенное чувство, что ты последняя в нашем списке интервьюируемых? 
— Я в шоке от того, что я прошла в финал. Мне уже начало казаться, что вы забыли, что меня надо на интервью звать (улыбается).

— Было на одном из этапов ощущение, что сейчас точно не пройдешь.
— Да, как минимум, на двух. Например, в «Селофане». Все потому что мы с Юлей Ордынской оделись почти одинаково, только цвета свитеров отличались. Думала, нам скажут: «Так, дорогие, давайте на выход». Но нет. А еще на фотосессии с животными. Я-то животных люблю, но ладить с ними не очень получается. Собак боюсь. Думала, точно попаду в номинацию. Получилось иначе.

— Но соглашалась с вердиктами жюри?
— Не всегда. Были моменты, когда я считала, что есть работы хуже номинированных. С теми же животными, например. Казалось, моя хуже, чем остальные. Но меня не выгнали. Жюри виднее, наверное.

— Звучит, как будто ты жертвенная овечка. Мол, если кто и хуже, то я.
— Да не то чтобы. Я просто часто в себе сомневаюсь. Не скажу, что это плохо. Наоборот, это стимул, чтобы больше стараться. У меня нет осознания, что я везде лучшая. Напротив, я чувствую, что если где-то плохо, то надо лучше.

— С каждым конкурсом у следивших за вами появлялось все больше уверенности, что «ну, Григорьева точно пройдет». Не успела привыкнуть?
— К концу расслабилась, хотя и говорят, что страсти разгораются ближе к финалу. Мне на первых конкурсах было страшно, а потом я стала чувствовать себя увереннее.

— Почему подача «русская сельдь от русской женщины» (что-то в этом духе) так покорила жюри?
— (улыбается). Я люблю готовить, но у меня не всегда вкусно получается. Но как мне сказали в воскресенье, было очень вкусно, просто «вау». И когда я презентовала блюдо, мне почему-то пришло в голову, что я же славянка, вся такая русская, и салат чисто русский. Ну, я и сказала, что «русский салат от русской женщины с любовью», и всем это понравилось и повеселило. Перевес в мою пользу определила именно презентация. 

— Ты работаешь в «Селофане», который является нашим спонсором. Это ни у кого не вызывало недоумения?
— Я переживала, конечно, что люди будут что-то думать на этот счет, но не сталкивалась ни с чем таким. Подумаешь, спонсор. Ладно бы Ксения (руководитель шоу-рума  — прим. ред.) была главным судьей... Я не думаю, что это может на кого-то влиять. Наоборот, мне казалось, что раз я в «Селофане» работаю, то должна была одеться там лучше всех, а не так, чтобы люди потом говорили, что я стремно оделась. Мне кажется, судьи все это откинули и посмотрели на всех одинаковым взглядом. Кто не понравился — того и убрали. 

— Так ты стремно оделась?
— Я не стремно оделась. Просто так получилось, что мы оделись практически одинаково. Но если исключить это, то, как по мне, я оделась очень прикольно (усмехается). Не знаю, как другим. Читала комментарии, что «свитер у меня не такой» и «ноги кривые». Хотелось написать: «Валерии Двухреченской понравился мой свитер».

— Доверяешь ее мнению?
— Как минимум, она наш судья + фэшн-блогер. Все говорят, что она в моде разбирается.

— Я слышал, что один из членов жюри активно продвигает твою кандидатуру, вплоть до того, что давит на других судей.
— Это кто (смеется)?

— Не скажу. Как ты относишься к этому?
— Если это правда, то это замечательно. Ни с одним из судей я не была знакома до проекта. Все делали выводы исключительно по ходу конкурса. Значит, есть причины меня выделять. 

— Расскажи, почему все говорят, что победит Настя Манакова.
— Во-первых, она старше всех. Не могу сказать, что мы все тупые. Но в силу своего возраста, целеустремленности, она уже многого достигла. У нее и семья, и работа, и интересная жизнь. К ней относишься уважительнее, чем к другим. Она умнее нас. Когда было недопонимание в коллективе, она нам предлагала успокоиться и конструктивно поговорить. Она у нас, как старшая сестра. Может быть, поэтому и кажется, что у нее больше шансов, чем у остальных.

— А свои-то шансы как оценишь?
— Так как я в финале и еще ни разу не была в номинации, то думаю, у меня они есть.

— Что за эмоциональный взрыв у тебя случился после одного из интервью. Ты до этого особо не активничала.
— Я никогда и не активничаю. Лишь высказываю всегда свое мнение. Если меня ничего не задевает, то я это пропускаю. Когда вышло интервью Юли, я отреагировала на положительный комментарий вашего директора в ее сторону. Люди не знали, какая она на самом деле, и судили по одному интервью, выделили девочку и говорили «вау, она такая замечательная». Я недоумевала. По ходу конкурса я оценила Юлино поведение, и оно мне жутко не понравилось. Я ее знала до проекта и думала, что она очень прикольная девочка. Но она своими действиями возвысилась над нами. Вот я и решила показать, что она вовсе не такая прекрасная.

— Во-первых, люди имеют собственное мнение…
— Имеют, и я тоже.

— Во-вторых, если мы смотрим фильм, то нам, в принципе, наплевать на то, какая актриса в жизни, если она играет хорошо.
— Может, вас это и не интересует. Но мне нужно было это сказать, потому что для меня это важно. Поговорим о Жене. Она очень хорошая девочка, но на нее так отрицательно все реагировали только потому, что она высказывалась. А Юля не высказывается. Она только говорит: «Я хорошая и все вокруг замечательные». А на самом деле все иначе. Мне не нравится, когда людей, которые ведут себя непонятно, выставляют замечательными, а хороших девушек обижают. Вот я и высказываю свое мнение, если меня что-то не устраивает.

— Сейчас-то какая ситуация?
— Все ровно. Приходили на репетицию — все прошло очень мило. У нас нет жуткого соперничества, все на нейтральной ноте. Мы вместе веселимся, шутим. 

— Как думаешь, что всех вас ждет в финале?
— Конкурсов я боюсь. Уже видела, что советовали провести их по русскому языку и географии — страшно. Плюс у каждой свой номер. Очень трудный. И пока это все будет происходить, мы все будем дрожать от страха. Но все же очень интересно, что там будет. В плане эмоций точно жду взрыва. 

— Тебе твоя прямолинейность в жизни не мешает?
— Нет. Бывают люди, которые обижаются. Но я и не очень люблю людей, которые не воспринимают критику. Они очень себя любят, и не умеют слушать то, что в них не нравится другим. Я всегда говорю прямо в лоб, но не грублю. Иногда бывает, чтобы не «убить» человека, когда он подавлен, я лучше закрою рот.

— В видео ты сказала, что увлекаешься экстримом. О чем ты?
— В прошлом году впервые встала на сноуборд — столько эмоций. Я не знаю, как это передать. Ощущаешь, что ты можешь немножко больше, чем в обычной жизни. Я никогда не могла представить, как встать двумя ногами на доску с прицепленными ботинками, да еще и что-то на ней делать. Летом я попробовала вейкборд и флайборд. Еще прыгала с парашютом. Правда, с не очень большой высоты, но хочу в тандеме прыгнуть. Должно быть очень круто.

— Какую последнюю книгу ты прочитала?
— Я уже полгода не могу дочитать «Граф Монте-Кристо», потому что времени нет. Работа, учеба, столько проблем... В жизни все в режиме нон-стоп. Выходной или не выходной — у меня всегда куча дел. Нужно везде ходить, что-то делать. Но почти до конца дочитала, не могу осилить, уже забыла половину из того, что написано (смеется).

— Как совмещаешь учебу, работу, конкурс?
— С трудом. Основную массу времени провожу на работе. Бывает, и до двенадцати, и до часу там. 

— Что ж вы там делаете до часу?
— В мои обязанности входит следить за девочками, которые с нами работают. А еще я отвечаю на письма в «вотсапе». У меня под утро бывает 300 чатов. И на все я реагирую. Пока отвечаешь, они прибавляются. Под вечер может остаться сто писем. И когда рабочий день заканчивается, ты понимаешь, что еще сто человек ждут твоего ответа. Просто нереально уйти. Все уходят в восемь часов, а я закрываюсь и до ночи отвечаю людям.

— Тяжело…
— Вообще, мы работаем два через два. Но бывает и чаще, поэтому на учебе очень-очень тяжело. Я редко там появляюсь — некогда. Когда прихожу, делаю массу всего. Так что я не супер-юрист, но пытаюсь учиться.

— Ты планируешь связать жизнь с юридической сферой?
— Пока нет. Потом может быть «да». Моя основная работа приносит очень хороший доход. Я на 100% уверена, что если пойду работать юристом, первое время у меня не будет такой зарплаты. Меня доход устраивает, я боюсь куда-либо уходить, потому что мне кажется, что рухнет вся моя жизнь (улыбается). В дальнейшем во мне может и проснется юрист, но не знаю когда.

 
Нашли ошибку? Выделите её и нажмите Ctrl + Enter
Закрыть
Отправить сообщение об ошибке