«Амурским бизнесменам стоит лечь под китайцев»

12 января | 2455 3

Фото:dnevniki.ykt.ru

Наш журнал решил не замыкаться только на молодежных темах и замахнулся на интервью с одним из самых известных экспертов по региональной экономике России. Видный российский экономист Евгений Гонтмахер рассказал, почему ближайшие 10 лет экономика России будет стагнировать, на что может рассчитывать Амурская область и почему амурским бизнесменам средней руки сейчас лучше не конфликтовать с китайцами.

«10 лет без экономического роста — это очень оптимистичный прогноз»

— Евгений, вы часто говорите во время своих выступлений, что «впереди у России 10 лет застоя в экономике». На чем основана эта цифра?
— Я имею в виду, что застой начался с 2014 года, то есть он длится уже два года. Один мой хороший товарищ, декан экономического факультета МГУ Александр Александрович Аузан сказал, что наша экономика находится в состоянии клинической смерти — остановился инвестиционный мотор. Для любого экономического роста нужны инвестиции, даже если это 2-3%. На пустом месте такого не бывает. Сейчас все показатели, связанные с инвестициями — в минусе, причем в существенном. Объясню на простом примере. Если вы не вкладываете деньги в свое здоровье — не занимаетесь спортом, не делаете профилактические походы по врачам — то рано или поздно вы войдете в состояние тяжелой болезни, выйти которой будет очень сложно. Либо придется тратить колоссальные деньги на лечение, либо это будет невозможно. Примерно это сейчас происходит со страной. 

Почему 10 лет? Потому что инвестиционный процесс за год не развернется в противоположную сторону, он очень инерционен. Речь, конечно, идет в первую очередь о частных инвестициях, потому что государственные инвестиции в большинстве стран, и России в том числе — это как если выложить дорогу тонким слоем черной икры от Сочи до Красной поляны. Так можно поступать, когда есть деньги. Но сейчас, когда у государства в бюджете их нет, ни на какие госинвестиции особо рассчитывать не приходится. А частные инвестиции — это очень тонкая материя, если говорить о российском инвесторе. И, тем более, о зарубежном. Зарубежный инвестор, когда планирует вложить деньги в страну, он смотрит на все — даже на то, как пограничник на него реагирует при въезде в страну— улыбается ему или хмуро смотрит. При этом Россия ввязалась в историю с санкциями — это очень инерционный институт. С точки зрения современных российских политиков, чтобы добиться их отмены мы должны сдаться, полностью капитулировать: уйти с Донбасса, из Крыма, заплатить контрибуцию за национализированное в Крыму имущество и еще при этом расшаркаться и сказать «Да, мы виноваты». Войти в такую ситуацию можно быстро, а выйти из нее — очень долгое дело. И инвестиции такое положение вещей не любят. Встаньте на позицию любого инвестора, он просто хочет заработать денег. Для этого необходим бизнес-план. Например, я хочу построить в России завод по производству...

— ... лекарств.
— Кстати, это хороший пример, я эту отрасль знаю очень хорошо. От момента изобретения новой формулы лекарства и до появления препарата на прилавках в среднем проходит 10 лет. Цикл включает в себя научную разработку, потом идут долгие испытания на животных, потом на людях, потом процесс сертификации. И получается я, как инвестор, должен 10 лет вкладывать деньги в производство лекарства, долгое время буду только отрабатывать эти затраты, тоже около 10 лет, и только потом я буду в плюсе. И подобные временные рамки не только в производстве лекарств.

Фото: bellona.ru

— То есть инвестор должен быть уверен в том, что минимум 20 лет в стране все будет предсказуемо и стабильно. Сейчас вряд ли кто-то в это поверит.
— Так слушайте, когда я говорю «10 лет без экономического роста» — понимаете, насколько у меня оптимистичный прогноз? Конечно, есть виды производства, у которых меньше цикл, потому что лекарства — это особая история. Для России, в том числе для Дальнего Востока, очень перспективная отрасль — нефтегазохимия — в нее проще привлечь инвесторов. Но чтобы продавать, например, в Китай, вместо природного газа продукты высокой переработки, необходимо вложиться в строительство перерабатывающей промышленности. Подготовка персонала, покупка оборудования, разработка логистики — это все стоит недешево и окупаемость этих инвестиций тоже не один год. Встаньте на сторону инвестора — даже если не брать в расчет политику, никто не может сказать, что будет в российской экономике через 5 лет: уровень инфляции, налоги, способы регулирования в смежных сферах — этого никто не знает. Значит, что в ближайшие 3-4 года вряд ли стоит ждать притока инвестиций в Россию. И даже если что-то изменится, мы станем привлекательны для инвесторов и деньги пойдут в экономику, вы же понимаете, нужно еще несколько лет, прежде чем эти деньги дадут эффект в виде экономического роста. Так что 10 лет без экономического роста — это оптимистичный вариант.

Кстати, по поводу китайских инвесторов, на которых так активно уповают. Во-первых, китайцы сейчас заняты своими внутренними проблемами — у них девальвация юаня и проблемы с фондовыми рынками. Во-вторых, практически все инвестиции Китая — государственные. Они идут не согласно бизнес-плану, это политика, с их помощью китайцы расширяют зону своего влияния. 

«Экономика Амурской области развернется полностью на Китай»

— Как десятилетие экономической стагнации скажется на Дальнем Востоке и Сибири?
— Начнем с того, что это разные регионы. Я часто бываю и в Сибири, и на Дальнем Востоке, вообще люблю ездить по России — сказывается мое образование экономиста-географа. Вы молоды и поэтому, наверняка, не помните, а я помню слова Юрия Андропова: «Мы не знаем страну, в которой живем». И это жутко актуально до сих пор. Судьбы у Дальнего Востока и Сибири разные, причем я бы сказал так — даже Дальний Восток слишком разнообразен, чтобы говорить об общей судьбе для всего региона. Сравните, к примеру, Приморский край с Якутией. 

— Я из Амурской области. И, честно говоря, не привык, что столичные эксперты разбираются в реалиях Дальнего Востока, поэтому задал вопрос именно так.
— Если говорить конкретно про Амурскую область, то у вас есть большое счастье — Хэйхэ. Китай стоит на пороге серьезных внутренних перемен, но в любом случае это очень устойчивая система. Мы видим, что сейчас контроль Москвы над регионами ослабляется. Да, останется политический контроль, чтобы выборы губернаторов не были для Кремля неожиданностью, но с точки зрения экономики никаких запретов не будет. И Амурская область будет жить в тени огромного соседа, если не будет никаких политических препятствий из Москвы, а их, как мне кажется, не будет. Экономика Амурской области еще больше развернется в сторону Китая и станет, фактически, сервисной экономикой. В Амурской области будут производства, которые будут поставлять продукцию исключительно в Китай. 

— Уже сейчас из-за падения рубля китайцы массово покупают российские продукты.
— Да, из-за роста юаня китайцам уже гораздо выгоднее покупать многие товары в Благовещенске. Если я правильно помню, в Амурской области проживает чуть больше 800 тысяч человек — не так много, население в случае затяжного кризиса не пропадет. Плюс у вас есть космодром Восточный, хотя я не верю в его перспективы — Россия теряет позиции на рынке космических запусков, там немного рабочих мест. А соседство с Китаем, это для Амурской области реальный выход. Если взять, к примеру, Чукотку или Камчатку, это сложнее. А у вас — вот он, Амур.

Фото: svoboda.org

— А газо- и нефтепроводы, которые проходят по территории области, что-то дадут?
— Газо- и нефтепроводы — это вчерашний день. Только в России до сих пор считают, что это оптимальный способ перемещения сырья. Во-первых, это очень затратно. Во-вторых, что самое главное, это диктатура покупателя — можно долго строить трубу в тот же Китай, а они потом скажут «конъюнктура рынка изменилась» и выставят свой ценник, который выгоден им. Поэтому на нефтепровод я смотрю скептически, но Амурской области, как я уже говорил, повезло. Фактически, с точки зрения экономики, ваша область — это дальняя провинция Китая. Только без обид! Это, конечно, российская территория и Китай не будет посягать на ее суверенитет, я уверен, но с точки зрения экономики...

— Пока, с точки зрения экономики, область больше зависит от федеральных траншей, выделяемых Москвой.
— Вы же понимаете, их будет все меньше и меньше. 

— Понимаю, поэтому и вопрос: что дальше? Экономического роста нет, Москва будет выделять все меньше денег. А что будет с нами?
— Этот процесс развивается по всей России, не только по Дальнему Востоку — люди уезжают. Вы же сами видите по Амурской области. Идет селекция — остаются пенсионеры и люди, способные как-то работать и сводить концы с концами. 

«Самая выигрышная стратегия — лечь под китайцев»

— Мост между Благовещенском и Китаем пойдет нам на пользу?
— Вы, наверное, знаете, эту историю с мостом под Хабаровском (вероятно, речь идет о мосте в селе Нижнеленинское Еврейской автономной области — прим. ред.). Китайцы построили свою часть, но Россия пока даже не приступала к строительству. А вы знаете, что будет, если будет там мост? Это значит, что высасывание в сторону Китая всех возможных ресурсов вырастет в разы. Сейчас логистика в том районе крайне неудобная, доставлять ресурсы приходится окольными путями. Мост — это стратегический объект — и это будет мост в одну сторону. Но такие регионы, как Амурская область, Хабаровский и, наверное, Приморский край, могут самостоятельно, без федеральных программ интегрироваться с соседними странами. 

— Как должна происходить эта интеграция? Кто должен выступать локомотивом: представители власти или бизнеса?
— Пограничный режим между Россией и Китаем сейчас очень удобный. Конечно, теоретически может выйти губернатор и сказать «Все, я перекрываю границу, никаких контактов с Китаем», но пока это маловероятно. Поэтому губернатор в лучшем случае просто ничего не будет делать, бизнес сам должен решать, как работать и взаимодействовать. Только нужно будет решить вопросы с представителями ряда федеральных ведомств, работающих в регионах и находящихся под сильным гнетом коррупционной составляющей. А для отечественного бизнеса подобная совместная работа только на пользу. Потому что верить в то, что наши бизнесмены смогут наравне конкурировать с китайскими... Это даже не смешно. Поэтому, как мне кажется, для типового бизнесмена средней руки из Амурской области, занимающегося торговлей или обработкой сельхозпродукции, самая выигрышная стратегия — лечь под китайских бизнесменов, договориться с ними и иметь долю от общего процесса. Иначе они и этого иметь не будут.

— Не понимаю, что значит «лечь под китайцев»?
— Китайцы всегда агрессивно ведут политику с точки зрения завоевания рынков. И они могут просто завоевать рынок без участия российских бизнесменов, поэтому нашим типовым предпринимателям в этих условиях, к сожалению, выгодно хоть как-то договориться, чтобы в итоге хоть что-то иметь. Иначе наш бизнес останется вообще в стороне, если будет входить в конфронтацию. Золото, нефть, газ — это отдельная история, по этим ресурсам решения принимаются в Москве. А вот все остальное, даже рыба или лес — все подпадает под категорию, когда с китайцами нужно будет мирно договариваться. И это не остановить. Можно говорить это плохо или хорошо, но это логика экономического развития. 

— Как китайцы завоюют рынок, если сами китайцы, как рабочая сила, сейчас стоят значительно дороже, чем 15-20 лет назад?
— А им не нужна их рабочая сила. Если я китайский бизнесмен и решил поставлять в Китай из Амурской области продукты, те же овощи, то со временем я захочу контролировать процесс производства — это обычная экспансия. Я начну сам вкладывать деньги в производство, работать будут россияне, а китайцы будут полностью контролировать процесс.  Хотя я не исключаю, что со временем может понадобиться и китайская рабочая сила, потому что российская рабочая сила со временем в Амурской области уменьшается — отток, старение населения. И со временем, возможно, Китай будет запрашивать разрешение на то, чтобы в Амурскую область завозить китайскую рабочую силу. И, наверняка, тогда этот вопрос будет рассмотрен позитивно.  

Нашли ошибку? Выделите её и нажмите Ctrl + Enter
Закрыть
Отправить сообщение об ошибке