«Очень важно найти "своего" врача»

18 февраля | 4423 0

Ксения Горбачевская – пластический хирург с 7-летним стажем. За ее хрупкими с виду плечами уже более 3,5 тысяч успешных операций и столько же довольных пациентов. Миловидная и скромная в рабочем кабинете, в палате она становится совершенно другой – сильным и уверенным хирургом-профессионалом. Мы поговорили с врачом «Клиники современной медицины» о том, как найти «своего» пластического хирурга, почему люди вообще решаются на операции и правда ли, что самосовершенствование сейчас доступно каждому. 


– Ксения Андреевна, давайте познакомимся. Расскажите, где учились, как пришли в пластическую хирургию.

– Закончила здесь в Благовещенске АГМА, потому уехала в Питер, там проходила интернатуру по хирургии и ординатуру по пластике. Работать начала с 2013 года, то есть стаж у меня уже 7 лет. После ординатуры сразу вернулась сюда, меня пригласили на работу в областную больницу. Здесь  меня назначили главным пластическим хирургом Амурской области. Сейчас активно обучаюсь, каждый год езжу на конференции в Москву, Питер, Екатеринбург, Томск. И заграничное обучение посещаю иногда, когда есть возможность. Считаю, что в моем деле важно постоянно совершенствоваться. В хирургию пришла по зову сердца (улыбается).

– На что, по вашему мнению, следует обращать внимание при выборе хирурга?

– Однозначно сразу должны установиться доверительные отношения с врачом. Затем смотрите на клинику. Это должна быть не какая-то подпольная организация, у учреждения обязаны быть сертификаты, лицензии необходимые, хорошее оборудование и отличная реанимация. Всё, что обеспечит максимальную безопасность пациенту. Многие смотрят на стаж врача. Но это, конечно, палка о двух концах. Кто-то боится идти к молодому врачу, потому что он кажется ему недостаточно опытным. Но и к слишком взрослому, у которого стаж огромный, но и сил уже нет работать, не все мечтают попасть на операцию. Скажу про себя: думаю, что стаж у меня уже приличный, 7 лет беспрерывной практики – это немало. Но у меня постоянно спрашивают, сколько мне лет, видимо слишком молодо выгляжу.

– Сколько за плечами операций?

– Где-то 500 операций в год проходит. Умножайте 500 на 7 и поймете общую цифру (улыбается).

– Как вы считаете, почему люди хотят что-то в себе изменить? 

– Думаю, дело во времени, в котором мы живем. 21-й век, всё можно, всё решаемо. Человек хочет что-то изменить, и сейчас есть все условия для этого, нет никаких ограничений. Опять же, европейские стандарты идут к нам очень активно, многие равняются на них. Плюс по ценам пластическая хирургия сейчас вполне доступна. Это связано с тем, что пластических хирургов много и каждый предлагает услуги по цене на свое усмотрение, можно выбрать любую категорию. Хотите подороже, хотите подешевле. Мы в «Клинике современной медицины» придерживаемся очень низкой ценовой политики, чтобы было доступно всем. Ну и для меня так лучше: чем больше я оперирую, тем лучше становлюсь как хирург.

– Доступно, это сколько?

– Зависит от зоны или зон, которые пациент хочет скорректировать с помощью операции. Но даже если брать комплекс из нескольких зон, то сумма не будет «космической». 

 Какие зоны можно у вас хирургически исправить?

– Лицо – фейслифтинг, веки – блефаропластика, лопоухость исправляем, губки. Подтяжка шеи, увеличение, уменьшение, подтяжка груди. Оперируем животы с диастазами, грыжами и любыми другими сложными случаями. Липосакцию выполняем, но не в качестве метода для похудения, а как метод коррекции проблемных зон. Беремся за иссечение лишней кожи после массивного похудения. Это всё эстетическая хирургия. Есть еще реконструктивная. Бывает, люди обращаются с откушенным ухом, нужно его восстановить, или с травмой глаза – веко не закрывается, например, здесь нужно реконструкцию делать. Вот недавно мы делали реконструкцию груди после мастектомии, полностью восстановили женщине грудь собственными тканями без установки имплантата. Еще рубцы можем убрать, те, которые лазером не удаляются. 

– Бывало ли такое, что проблема у человека надуманная и приходилось отговаривать пациента от ненужной операции?

– Я особо не отговариваю. Я просто говорю, что считаю, что у вас нормальный, например, нос и исправлять нечего. И отправляю домой. Здесь все решения по операции принимаю я. Нельзя прийти в клинику, сказать: «Я плачу деньги, я хочу эту операцию». Так нельзя. Я знаю, что ожидания пациентки от операции не будут оправданы. Должны быть реальные показания, проблемы. 

– С какого возраста можно делать пластическую операцию?

–С 18 лет. Берем детей помладше, но с того возраста, когда ребенок уже может выдержать операцию под местной анестезией и то, только на исправление лопоухости, где-то с 12-14 лет. Родители подписывают договор, и тогда ребенка берем на операцию.

– Пластическая хирургия в Амурской области развита на должном уровне? 

– Конечно на должном. Мы постоянно учимся, оборудование у нас отличное. Есть, конечно, те, кто едет на операцию в другой город или даже страну. Возможно, не доверяют на уровне подсознания в принципе медицине Амурской. А может не нашли своего хирурга, а это очень важно, как я уже говорила. Одно могу сказать, что случаев коррекций после операций, сделанных в других городах, у нас очень много. И швы снимаем, и проблемы возникшие лечим, серомы (аномальное скопление серозной жидкости, которое иногда развивается после пластической операции, прим. автора) дренируем. Потому что в Москве обычно как они делают: прооперировали, 2 дня в палате и «до свидания». А если что случится, до хирурга дозвониться сложно, у него еще сто пациентов на очереди. Вот и прибегают туда, где ближе, сразу доверие появляется. Конечно, мы их здесь лечим. Кстати, после заграничных операций частенько прибегают на коррекцию.

– Оборудование соответствует стандартам?

– У нас все современное: наркозные аппараты, наркоз хороший. Делают его опытные специалисты. Абсолютно спокойное пробуждение и реабилитация после операции. Есть немного сонное состояние, но через пару часов как будто ничего и не было. Все инструменты у нас качественные от проверенных сертифицированных поставщиков. Ну и самое главное оборудование – руки хирурга, за них могу поручиться я и мои довольные пациенты (улыбается).

– Говорят, пластические операции вызывают своеобразную «зависимость»: хочется сделать тело и лицо еще более идеальными, и остановиться в процессе преображения сложно. Так ли это, по вашему мнению?

– Вопрос в том, какую операцию человек хочет сделать, и какого эффекта добиться. Есть те, кто начинают омолаживаться постепенно. Например, сначала человек делает операцию на верхние веки, потом видит, что стало лучше, верхние веки выделяются, они стали моложе, а нижние с мешочками остались, выдают возраст. Что он делает дальше? Накопил денег, пришел, сделал нижние веки. Потом смотрит, глазки вроде нормальные, надо лицо омолодить, потом где-то животик подтянуть надо, еще что-то. Это адекватно, если разово не можешь омолодиться, приходишь поэтапно. Если одно и то же приходить, и каждый год переделывать, то это уже подсаживание идет. Например, веки сделал, через год приходишь: «Ой, кажется, опять нужно, начинают подвисать, давайте еще сделаем», это, конечно, неправильно.

– Сколько операций за раз можно сделать? 

– Не очень долгие операции можно комбинировать: лицо с веками, живот с грудью и т.д.

– Часто ли пациентами становятся мужчины?

– Нечасто. Потому что они не видят в этом смысла. Любят себя такими, какие они есть (смеется). Есть те, кто следит за модой и хочет выглядеть молодым и красивым. И не обязательно говорить всем, что что-то в себе поправил. На сегодняшний день пластическая хирургия позволяет скрыть все рубцы и сделать их максимально незаметными. 

–  Не стоит ли бояться шрамов после операций? Сколько в среднем длится восстановление?

– Зависит от того, какая операция. Если это блефаропластика под местной анестезией, то здесь даже в больнице лежать не надо: днем сделали, и к вечеру пациент уже уходит домой. Если операция под наркозом делается: фейслифтинг или маммопластика, например – где-то сутки-двое в больнице, в комфортной одноместной палате, дальше отпускаем домой и в течение двух недель пациент находится под наблюдением. Поэтому иногородних просим не уезжать. Потом контрольные осмотры через месяц, полгода и год. 

– Какие популярные эстетические операции вы не делаете и почему?

– Я не удаляю комки Биша (инкапсулированные жировые образования, располагающиеся между щечной мышцей и поверхностными мышцами лица с каждой стороны, прим. автора). Когда ко мне приходят с желанием от них избавиться, я спрашиваю, есть ли у пациента финансовые возможности поддерживать себя дальше в форме и делать макияж как у знаменитостей, которые такую операцию сделали. Операцию сделать – это еще не всё. Если не заниматься собой и думать, что эффект останется навечно, так нельзя. Через год-три девушка станет похожа на бабушку из «Белоснежки» и прибежит к хирургу, а обратно их уже не вставишь.

– О противопоказаниях спрашивать не буду, наверняка это всё индивидуально. Лучше расскажите, как справиться с сомнениями со стороны близких, если ты уже для себя решил, что хочешь исправить мешающий эстетических дефект, а близкие пытаются отговорить? 

– Нужно делать свой выбор. Если хочешь что-то изменить, если для тебя это важно, если ты принял решение – делай. Хуже точно не станет. Понятно, что родные и близкие переживают, все-таки это операция, это серьезно. Но как человеку жить дальше не в гармонии с собой? Решение здесь уже принимает каждый сам. Для этого он и приходит на консультацию, иногда с мужем/мамой/сестрой/подругой. Мы всё подробно рассказываем, показываем, предупреждаем обо всех рисках. И если связь хирург-пациент установилась, человек доверяет и уверен, что перемены во внешности ему необходимы, ему становится проще принять решение уже совместно с близкими.

«Клиника современной медицины» находится: 

Благовещенск, ул. Больничная, 32, 1-й этаж (Хирургический корпус Городской клинической больницы)

Instagram: @dr.gorbachevskaya

Тел.: 8 (914) 604-80-93; 8 (914) 538-03-15

 
 
Нашли ошибку? Выделите её и нажмите Ctrl + Enter
Закрыть
Отправить сообщение об ошибке