«Мы все здесь как одна семья»

6 марта, 2020 | 4971 0

Анастасия (имя изменено) – девушка, занимающаяся не совсем привычным для женского пола делом. Она является действующим сотрудником спецподразделения ОМОН Управления Росгвардии по Амурской области. Настя пришла в профессию осознанно, благодаря настойчивости и огромному желанию. В преддверии Международного женского дня мы попросили рассказать ее о сложностях в работе, об отношениях с коллективом и узнали, поздравляют ли девушек в спецподразделении с 23 февраля.


– Расскажите немного о себе: где учились, как попали в ОМОН?

– Специального образования для того, чтобы потом связать свою дальнейшую жизнь со службой в МВД и впоследствии с Росгвардией у меня не было. На тот момент в ДВОКУ девочек не брали, поэтому пришлось выбирать что-то другое. В школьные годы я играла в волейбол, у нас была сильная команда, и чтобы продолжать играть и после школы, как-то все решили, что будут поступать в АмГУ. Сначала я хотела поступить на туризм, но потом передумала и решила, что это будет либо психология, либо социальная работа. Уже тогда я твердо знала, что хочу работать в структурах и на тот момент хотела в МВД. Там есть такое подразделение ПДН (подразделение по делам несовершеннолетних), направление интересное, работа с подрастающим поколением и работа при этом очень тонкая. В 2013 году я окончила АмГУ по специальности «Социальная работа», начала трудоустраиваться, но оказалось, что вакантных мест не было. 

А у меня двое детей несовершеннолетних, надо как-то работать, жить, кормить семью, вот я устроилась в продажи. Но при этом никогда не оставляла мысли о работе в МВД. Я записывалась на приемы, звонила, напоминала о себе. Я считаю, что в те двери, в которые не стучат, их не откроют никогда. Поэтому в 2016 году я все-таки видимо дожала эту ситуацию, и меня приняли на работу: сначала в одно подразделение (не в ПДН), затем через несколько месяцев перевели на вышестоящую должность. Так около 3-х лет я проработала в системе МВД. Но я все равно понимала, что это не совсем то, чего я хочу. Я решила, что надо расти и идти дальше, и как раз в 2016 году появилась Росгвардия и в 2018 году я поступила туда на службу в ОМОН. И не жалею ни капли, что перешла.

– Как появилась идея связать свою жизнь с такой неженской профессией?

– Когда я маленькая была, помните, были огромные пупсы, которые хотела себе каждая девочка? У них было тело ватное, а руки резиновые, и голова такая лысая. Все девочки ходили с ними. Вот у меня такая была, а я с ней не играла. У меня помню, был дом Барби. Когда мне мама его подарила, я говорю: «Ты вообще, зачем это сделала?» Т.е. я в куклы не играла вообще. Зато подружкам было счастье и радость. А мне было не интересно, мне надо было машинку на пульте управления, я постоянно просила какие-нибудь пистолеты, автоматы мне покупать. Мне было, наверное, лет 8 или 9, родители уехали в командировку за границу и мне звонит мама по междугороднему телефону-факсу и говорит: «Ну что тебе привезти, тут столько магазинов, столько всего, тут такие красивые платьишки, юбочки». Я говорю: «Мам, привези мне снайперскую винтовку». Я кстати с детства реально мечтала быть снайпером. У моей бабушки дом на земле в пригороде. Около дома канавы: узкие, но длинные. И вот мы ложились с мальчишками в эти канавы и «перестреливались». Я потом конечно от дедушки получала, но ничего (смеется). Но основная предпосылка к тому, чтобы связать свою жизнь со службой, было желание пойти по стопам отца. Он у меня погиб при исполнении, когда я была маленькой.

– Отец был военным?

– Отец закончил ДВОКУ, по распределению попал сначала в Ростов-на-Дону, потом их перевели в Калининград и там уже он узнал, что мама беременна и решил, что нужно перейти во внутренние войска МВД. Ну, сейчас Росгвардия и является внутренними войсками. Такое наследие все равно накладывает отпечаток, чувствуется еще большая степень ответственности за правильный выбор дела жизни.

– Нужна ли какая-то начальная физическая подготовка для вашей работы? Посещение спортивных секций, например?

– Вообще нет, но так проще. Я, в 1-2 классах занималась плаванием, а в 5-м классе пошла на волейбол. Это сейчас все секции платные, а раньше как-то проще все было. Придут в школу: идет набор туда-то, кто хочет? И дети сами записываются. И вот пришли к нам в школу набирать на секцию волейбола детей, меня заметили сразу, потому что я была высоченная. Я стала заниматься просто для развлечения и как-то втянулась. До сих пор играю и являюсь капитаном одной из местных команд. Волейбол, наверное, тоже сыграл значительную роль в моей жизни. Ведь спорт – это не только физическая форма, но и закалка характера. 

Взять хотя бы ситуацию с тем, сколько раз я ходила на прием по поводу трудоустройства. Но ни разу не было мысли опустить руки и подумать, что не судьба. Ну и конечно, мне легче всё дается, потому что уже есть начальная физическая подготовка, мне не нужно объяснять, как и что делать, нормативы спокойно сдаю.

– Отличия по нормативам серьезные с мужчинами и в целом по подготовке? 

– Есть специальная сетка для мужчин и для женщин, там прописано количество упражнений, и оно немного разнится, потому что мужчины сами по себе сильнее, чем женщины. А так все обязаны знать нормативно-правовые акты, по которым мы работаем. Перед допуском к работе обязательна сдача экзамена. И у всех есть период стажировки, в зависимости от того как человек все сдал: от 3-х месяцев до полугода. Здесь совсем никаких различий нет, девушка ты или мужчина.

– А сама работа отличается? Есть ли какие-то поблажки?

– Никаких поблажек и разделений по половому признаку нет. Мы здесь все сотрудники и у нас никогда не бывает такого: «Я что-то не буду выполнять, потому что я же девочка». Ты не девочка, ты – сотрудник. Всё. Мы здесь даже не оперируем такими словами. Девушки здесь также берцы носят и форму круглый год. Никаких разделений нет. Мы все сотрудники, мы одна семья, и тут даже никаких никогда не возникает моментов: «девочки» или «мальчики». Здесь все заодно, у всех одна цель, все работают на одно благо. В первую очередь ты – боевая единица. В случае необходимости, в кабинетах нас не будет, задействуют всех сотрудников. ОМОН – это охрана общественного порядка и обеспечение общественной безопасности внутри государства. И мы все здесь для того, чтобы об это заботиться. Мы также наравне с мужчинами ездим на стрельбы на полигоны.  Сказано стрельбы – значит стрельбы. 

 

– Как семья восприняла ваше решение пойти работать в ОМОН? 

– Начну с детей, их, как я уже говорила, двое: девочка 10 лет и мальчик 8 лет. Оба спокойно относятся к тому, что мама в ОМОНе. Даже больше, они были очень рады, когда узнали. Я сначала долгое время скрывала, что я ухожу с предыдущего места работы. Я не то, что бы боялась, я просто не хотела, чтобы кто-то знал, что я иду на службу в спецназ, пока я еще не получила должность. Зачем? Чтобы люди обсуждали, или, даже сами того не осознавая, завидовали. Не хотела я этого. И вот в крайний рабочий день в МВД, я пришла раньше с работы с большими пакетами и мне дочка говорит: «Мам, ты чего?» я говорю: «Всё, я уволилась». Она, помню села с такими потерянными глазами, мол «а дальше то что» (смеется). Я говорю, что расскажу, как только все точно решится. И вот как закончилась стажировка, было произведено назначение с присвоением звания, тогда первое, что я сделала – это позвонила своей дочке и сказала всё. Она так пищала в трубку – это дорого стоит. Я сказала, чтобы никому ничего не говорили. Ну, детей просить бесполезно конечно (улыбается). Они рассказали маме, с мамой уже состоялся разговор, когда я домой пришла вечером, она поддержала. Позвонила бабушке с дедушкой – родителям папы. Бабушка расплакалась от счастья. Она хотела, чтобы я пошла по стопам отца и всё это время, пока я пробовала устроиться, она надеялась, что получится. Поэтому там столько радости, столько счастья было. 

– Не сказывается работа негативно на личной жизни?

– Почему она должна негативно сказываться, если она любимая? (улыбается). В нашей работе бывает по-всякому: может днем что-то произойти, ты можешь попасть в дежурную смену на сутки, например, в те же новогодние праздники. Я не знаю, может быть для кого-то это проблема. У меня такого нет. Во-первых, я знала, куда я иду. Во-вторых, я никогда не жалуюсь на свою работу. Она настолько долгожданная, любимая и драгоценная какая-то что ли. Поэтому даже дети, видя мое отношение к работе, все принимают. Скажу еще так: когда работа в кайф, тогда все вообще в кайф. А личная жизнь, она на то и личная. Работа не мешает, главное правильно расставить приоритеты. Я такой человек, что у меня на первом месте работа и дети. А личная жизнь, будет – хорошо, не будет – и ладно (смеется). Для кого-то счастье заключается в богатстве, в признании общественном или еще в чем-то. У каждого счастье свое. Слава богу, я себя нашла. Потому что здесь я себя чувствую как в семье, и никак плохо на остальных сферах сказываться это не может.

– Дети не хотят пойти по вашим стопам?

– Пока в последнее время хотят быть врачами. Пускай будут. Не знаю почему, но они уже даже определились, кто каким врачом будет. Кстати, у  дочки изначально тоже не было такого, чтобы она хотела быть певицей или актрисой, как другие девочки в детстве мечтают. Пока сын хочет быть стоматологом, дочка – косметологом. Я посмеялась, говорю, да, давайте, чтобы в 70 лет у меня были красивые зубы и ухоженное лицо. А сын еще, когда поменьше был, хотел быть летчиком, а дочь – стюардессой. Так как я боюсь летать (это кстати одна из немногих вещей, которая меня пугает, потому что я себя некомфортно чувствую в ситуациях, когда от меня не зависит что-то), я им сказала, ребят, давайте обойдемся как-то без самолетов, и всё и как-то так сами они решили быть врачами.

– Как реагируют мужчины (новые знакомые), когда узнают, где вы работаете? А женщины?

– Если меня спрашивают, где я работаю, я отвечаю, что я домохозяйка, у меня двое детей, сижу дома, воспитываю их (улыбается). Я не люблю такие разговоры вообще. Я кстати, совсем не понимаю: люди только знакомятся, не важно, мальчики с девочками, девочки с мальчиками и один из первых вопросов: «Где ты работаешь?» Это что, так важно? От этого зависит дальнейшее общение и отношение? По мне, так все профессии важны. У каждого человека своя определенная миссия в жизни. И я не считаю, что нужно встречать людей или общаться с ними из-за того, что он где-то в определенном месте работает. Либо тебе человек приятен и ты с ним общаешься, либо нет. Поэтому мне больше нравится говорить, что я домохозяйка.

 

– А что касается дальних родственников, как они относятся к вашей работе?

– Я им говорю просто, что работаю в Росгвардии, без подробностей. Все хорошо воспринимают. Заметила, кстати, что у мужчин, которые в армии были, отношение к службе совсем другое. Все понимают, что это нелегкий труд и уважают. 

– Что самое сложное, на ваш взгляд, для девушки в профессии?

– Честно, я никаких сложностей не испытываю по службе. Наверное, потому что мне всё нравится, мне всё интересно. Вроде бы и с документами работаю, тут же и стрельбы, тут же какие-то занятия, движение постоянное. Нет, не замечаю сложностей.

– Вообще, много у вас коллег-женщин?

– В подразделении ОМОН нас девчонок две. Но если в целом взять управление, то у нас немаленький женский коллектив. Но повторюсь, как-то особо не придаешь этому значения: сколько мальчиков, сколько девочек, такого нет. Мы здесь просто как семья. Я даже больше скажу, на работе для меня ну нет мужчин, они мои братья. Потому что работа – это работа. Там, где-то за пределами работы, возможно разделение на мужчины, женщины (смеется), здесь нет. 

– Не страшно заниматься такой рисковой деятельностью?

– Нет, не страшно. Я вообще человек такой, я за себя буду меньше переживать, а больше буду бояться за кого-нибудь другого. Не знаю, почему так, но всегда такая была. Здесь нет места сомнениям, страхам. Есть приказ – надо выполнять. Был однажды случай, когда я не должна была выезжать на задание, но что-то переиграли, и в считаные минуты, я уже собралась и поехала. Никакого страха нет, так как я знала, куда иду работать (улыбается).

– Не было мыслей сменить когда-нибудь работу на более спокойную?

– Нет, я ее наоборот, постепенно меняла на такую, более динамичную (смеется). Теперь только расти, совершенствовать навыки и умения. Каждому свое: кому-то нравится с бумажками работать в офисе. А для меня особый кайф поехать на полигон пострелять. Я когда туда попадаю, у меня улыбка до ушей. Здесь всё дозированно, всего в меру. Постоянные сборы, учеба, здорово же! Ты шевелишься, не сидишь на одном месте. 

– Как ваш женский коллектив обычно поздравляют с 8 марта на работе и поздравляют ли с 23 февраля?

– Сначала мне было не то, чтобы смешно или дико, но очень непривычно принимать поздравления с 23 февраля. Это ж вроде как День защитника отечества, традиционно мужчин поздравляют. Но в этом году, когда мне писали: «Защитница наша, с праздником тебя!», конечно, мне было приятно. Постепенно начинаешь понимать, что это не просто день мужчин, это День защитника отечества и неважно, какого ты пола. Теперь я понимаю, что у меня не только Международный женский день праздник. С 8 марта, тоже, конечно, поздравляют на утреннем построении, говорят теплые слова, цветы дарят. И всё, после этого приступаем к своим должностным обязанностям, потому что службу никто не отменял. Да, праздничный день, поздравили, цветы в вазу и дальше работать. И дома сын постоянно сюрпризы какие-нибудь готовит к празднику.

– Характер не становится более мужским со временем?

– Да ну, нет. Мне кажется наоборот, если раньше во мне женственности вообще не было, то сейчас да, в свободное от работы время больше стараюсь быть девочкой. Дети очень сильно влияют. Дочка постоянно говорит, мама платьишко надень (смеется). Идем в магазин, я пытаюсь детям что-то купить, а они меня за платьями для меня тянут. Подсказывают мне, что надо становиться чуть-чуть слабее, чуть-чуть более женственной именно в жизни. 

– Если девушка хочет пойти, например, в Росгвардию, но боится, что ей будет сложно, что можете посоветовать?

– Я так скажу: если ты чувствуешь, что это твое, то нужно идти к своей мечте. Нужно слушать свое сердце. В жизни же все не просто так, все равно какие-то знаки нам подаются. Если с первого раза что-то не получилось, значит надо возможно под другим углом на это посмотреть и немножечко с другой стороны к этому подойти. Возможно, ты что-то неправильно делал или может вообще не готов еще к этой миссии. Поэтому надо слушать себя, верить и любить жизнь. 

 
Нашли ошибку? Выделите её и нажмите Ctrl + Enter
Закрыть
Отправить сообщение об ошибке