«Не люблю, когда меня жалеют»

16 декабря, 2015 | 3652 12

Наталья Ротарь прикована к инвалидной коляске последние 10 лет. При этом самой девушке всего 29. В августе 2005 года с ней произошел несчастный случай. MOJO поговорил о ее стихотворениях, мужчинах, а еще о вере в то, что она все-таки сможет ходить. 

«Никого из друзей не осталось»

— Вас обижает, если вас называют инвалидом? Я слышала, что «человек с ограниченными способностями» — более безобидная трактовка.
— Меня это не обижает. Если так оно и есть, почему я должна обижаться?

— Хорошо. Что произошло 28 августа 2005 года?
— Я выпала с балкона четвертого этажа. Не помню никаких обстоятельств. Ни того дня, ни как лежала в больнице после операции. Помню, что после операции очнулась и мне показалось, что я чувствую ноги. Больше ничего за те три недели, пока получала лечение, вспомнить не могу. 

— Кто-то ведь мог рассказать вам подробности того дня?
— Мне рассказывали, что пришла домой под утро. Тогда я жила в квартире с мужчиной в Среднебелой. Подняла скандал, сама спрыгнула с балкона из-за того что поругались. 

— Вы сами в это верите?
— Конечно, нет.

— А зачем так говорят?
— Не знаю, я уже не хочу ни спрашивать, ни думать, ни вспоминать об этом. 

— И все же. Как отнесся к происшествию мужчина, с которым вы жили тогда?
— Я его отвергла.

— Почему?
— Зачем он мне нужен? Мне было 19, а ему — 31. Я бы знала, что он ходит где-то, гуляет с другими женщинами. А мне и так плохо было, жить не хотелось. А тут пришлось бы еще все это видеть, знать, чувствовать.

— А как остальные отнеслись — коллеги, друзья. Кто остался из них рядом с вами?
— Знаете, никого.

— А куда они пропали?
— Женились, уехали, умерли, работают. Некоторые, конечно, раз-два в год заходят в гости. Но не чаще.

— Как вы отреагировали тогда?
— Очень обидно было. Гуляли вместе все, заступались друг за друга. А когда села в коляску, то начались неприятные инциденты. Негатив стали проявлять ко мне. Ставили себя выше меня. 

«Я боялась города»

— Можете вспомнить, какой жизнь была до травмы?
— В школе я училась средне. После нее приехала поступать в Благовещенск. Хотела на оператора ЭВМ, но мест не было. Пришлось поступить на секретаря-референта. Два месяца проучилась и уехала. У родителей не было средств, чтобы меня обеспечивать. 

К тому же я города боялась. Так что вернулась в Среднебелую и устроилась на работу пекарем в пекарне. Спокойно было — дом-работа. Что еще в деревне делать?

— Почему боялись города?
— Я деревенская. Меня пугали машины. Я даже не знала, как на светофорах дорогу переходить. В 16 лет только город увидела впервые.

— А в Среднебелой было комфортно?
— Мне было привычно. Я не знала, что такое городская жизнь, и никогда ей не интересовалась. Но сейчас я уже хочу в город перебраться (улыбается). В ближайшее время хотела бы как-то попытаться поднять вопрос с губернатором или посетить приемную Путина, чтобы узнать о жилье для инвалидов. Надеюсь, у меня когда-нибудь появится квартира от государства. Я знаю, что это возможно, но не знаю куда и к кому обращаться.

— А какая поддержка идет от государства сейчас?
— В санатории и на реабилитациях я ни разу не была. Слышала, что положена ежегодная помощь — деньги, продукты, но узнала об этом только пару недель назад от подруги. Мне никто никогда не рассказывал, что положено инвалидам, а что нет. 

— Наверняка, это связано с вашим местом проживания.
— Конечно. Там я почти не общалась с людьми. Сейчас только начала знакомиться с такими, как я. Примерно полгода назад с Оксаной познакомилась, она состоит в местном обществе инвалидов. Она начала меня вытягивать из деревни. Ездили с ней в Ерковцы — там у нее знакомые, тоже в колясках. Потом она меня в Моховую падь возила к себе. Была у нее и в квартире, которую ей дали. Там все для нее. Может сама в ванную, в туалет, в комнату ходить, убраться. Сама может все. Чего бы и я хотела. Но пока не знаю, как этого добиться.

— Почему вы целых десять лет шли к какой-то важной для себя информации и общению с другими людьми?
— Я боялась «колясочников». А в городе мне не к кому ехать. Да и с такой пенсией половину только за такси пришлось бы отдать, чтобы доехать.

— Сколько составляет пенсия?
— 13600 в месяц.

«Полноценные мужчины хотят встречи со мной» 

— Какой диагноз вам поставили тогда?
— Я и на сегодняшний день не знаю диагноз. Как мне сказали — у меня защемление нерва в 12 позвонке. Третий и четвертый мне удалили. Сейчас половина врачей говорит, что смогу ходить, половина — что не смогу. После Нового года хочу поехать в Новокузнецк на реабилитацию, там что-нибудь узнать.

— То есть не все потеряно. А если вылечат, не будет ощущения, что 10 лет прожиты зря?
— Я даже не знала, что можно куда-то поехать лечиться. В 2010 рассказывали в больнице, что можно сделать операцию, но не в Амурской области. Естественно дорогостоящую. Чтобы просить деньги у кого-то… Я не могу так. А у самой нет таких возможностей. 

— Кто вам помогал эти десять лет?
— Сначала мама, но она умерла 7 лет назад. Помогал очень сильно брат — сейчас у него своя семья. Родная сестра — она работает в Благовещенске, но живет в Среднебелой. Папа, конечно. Ну и… Сожитель или не сожитель. Не знаю, как назвать. Мужчина. Только он сейчас в тюрьме. А когда был на свободе — помогал.

— Как вы с ним познакомились?
— Просто пришел в гости.

— Это как?
— Я увидела его, а он меня. На тот момент прошло полтора месяца, как у меня ноги отказали. Он начал за мной красиво ухаживать. Добивался меня два месяца. Понравилась я ему. 19 октября 2005 года мы познакомились. 

Потом его посадили, а я его прождала почти пять лет. Мы жили-жили, а потом он опять сел. В воскресенье выходит.

— Вы с ним будете?
— Не знаю. Мне хочется поменять жизнь. Все и всех, и его в том числе. Мне кажется, он — не мое, а я — не его.

— Как-то поздно вы это поняли.
— Да. Не знаю, как объяснить. В жизни всякое было у нас. И сходились, и расходились.

— Не обижал вас?
— Не бил, конечно. Но когда уходил, получается, что обижал.

— С вами пытаются знакомиться мужчины?
— Да, причем очень активно. В основном в интернете. Просят номер телефона. Я не даю. Готовы и встретиться, и приехать.

— Они знают, что вы не можете ходить?
— Знают. И такие же, как я, хотят встречи, и полноценные. Большинство, кстати, полноценные. Не знаю почему такой интерес. Может, потому что внешне Бог не обидел. Может, потому что я талантливая, общительная и веселая.

— А почему вы не отвечает никому взаимностью?
— Я им не верю. Не считаю это серьезным. Они готовы приехать с другого конца России сюда! Даже если приедут, где им ночевать? С собой, что ли рядом положить (смеется)? Сейчас у меня на первом месте я сама, мне надо решать свои проблемы. А потом уже можно думать о мужчинах. Пока что они мне не нужны.

«Моя мечта — выпустить сборник стихотворений»

— Вы сказали, что вы талантливая. В чем именно?
— Через год или два после травмы я начала писать стихи. Сначала «сырые», потом они стали сильнее. Некоторые мне кажутся нормальными (улыбается). У меня много читателей в «Одноклассниках». Даже просят, чтобы я что-нибудь написала для них.

— О чем ваши стихи?
— В основном они грустные. Я могу улыбаться, а они будут грустные. Лирика про природу есть, про обиды. У меня есть маленькая мечта — выпустить сборник стихотворений. Составила список из них, хотелось бы найти спонсора, чтобы мои стихи смогли прочитать как можно больше людей.
 

— Как окружающие реагируют при виде вас? Современный человек может чувствовать все, что угодно — от дискомфорта до отвращения.
— Ни разу никакого негатива не было. Все всегда были любезными. Может, энергетика какая-то у меня положительная?

— Тогда пойду с другой стороны. Попадаются ли люди, которые вас жалеют?
— Да, меня это нервирует. Не люблю, когда мне так относятся. Что-то предлагают мне постоянно. С женщиной в палате лежала. Очень она меня жалела, старалась все время что-то дать мне, как будто я маленький ребенок.

— Их можно понять.
— Можно, но я люблю, когда ко мне относятся так, словно я полноценный человек. А отличная помощь — это поддержка. Или, например, лучше заставить меня что-то сделать. Я ведь могу начать лениться, опускать руки, буду считать, что мне кто-то что-то должен, а это не так.  

— Вам нравится, когда вас считают полноценной.
— С оговорками естественно. Но я же не до такой степени беспомощна. Я тоже что-то могу делать. В чем-то мне всегда можно помочь, но я и готовить могу, и стирать. 

— Не гнушаетесь просить помощи?
— Если мне надо, я попрошу ее хоть у кого. 

«Бывало, я пила по несколько дней»

— Почему у некоторых инвалидов опускаются руки?
— Полагаю, им нравится, когда их жалеют. Такие люди ни к чему не стремятся. Они потеряны в жизни, у них нет силы воли. Да я и сама первое время ничего не хотела. Не хотела жить. А когда влилась, то поняла, что можно и в коляске жить, и даже замуж выходить.

— А что случилось, что вы вдруг «влились»?
— Наверное, влюбилась. Хотелось, чтобы мужчина увидел меня другой. Еще вспоминаю слова врача, который сказал, что я могу пойти через месяц, через год, через 10 лет, через 20. Но главное — пойти. Я стала заниматься спортом, ходила на массажи. А потом здоровье подвело, и я все забросила. 

Как я говорила уже, я познакомилась с людьми, которые приспособились к этой жизни. Они активно живут, будучи инвалидами. Работают и не отчаиваются. И мне тоже захотелось быть такой. Я почувствовала поддержку. От моральной поддержки зависит очень многое. Если она есть, то и жить охота. Если ты один, как многие мои знакомые в интернете, то ты замыкаешься, ничего не хочешь. Большинство парней просто пьют. Им ничего не надо.

— Вы их осуждаете за это?
— Нет. Я сама пила. Не когда это случилось, а позже. Надоело все. В город выехать не получалось. А кому я нужна в селе? Вот и начала пить. Бывало, что по несколько дней. Года три, наверное, это продлилось. Сейчас не хочется. Я увидела жизнь другой. 

У меня внутри есть надежда. Съезжу, может, что-нибудь сделают врачи. Если не получится — что поделаешь. Буду жить дальше так же, как я жила. Как я сейчас начала жить.

 

— Вы не боитесь разочароваться?
— Нет. Я к этому готова. И к тому, что помогут, и к тому, что нет. Я за десять лет поняла эту жизнь. Будет непросто, но не будет плачевно. Я восприму нормально.

«Мне не нужен полноценный мужчина»

— Вы в Бога верите? То, что с вами произошло это случайность или так предначертано?
— Каждый по-своему верит в него. Когда я была в коме, маме говорили, что я не выживу, а вон как вышло.

Покрестилась я год назад. Когда захожу в церковь, не хочу уходить оттуда, там спокойно. Они там так разговаривают, что сразу к себе притягивают.

— Может, есть мечта, которую не можете реализовать?
— Мечтаю о собственном жилье. Остальное все потом придет. Можно обустраивать потихоньку, учиться чему-то, чтобы работать. Семью создать. Не хочу рядом с собой полноценного человека. Не то, что не хочу, боюсь. Мне кажется, он со мной долго не проживет и убежит. Проще, чтобы мужчина был не такой, как я в коляске, но тоже с проблемами. 

— Почему?
— Мне кажется, мы будем понимать друг друга. Нам будет легче и интереснее вдвоем познавать жизнь и мир. 

 
Нашли ошибку? Выделите её и нажмите Ctrl + Enter
Закрыть
Отправить сообщение об ошибке