Невидимки

9 марта | 2482 10

Бывает, человек сам не подозревая того, принимает самые ценные блага, как данность. Например, зрение.Утром мы открываем глаза, привычно смотрим на мир, чаще всего не приходя в восторг от увиденного. Но задумываемся ли мы, какой могла бы быть жизнь без этого удивительного и простого дара? Для героев сегодняшнего материала MOJO такая жизнь — реальность. По разным причинам они лишены зрения. Однако несмотря ни на что, ничуть не падают духом. Правда, за свое место под солнцем им нужно бороться каждый день. 

Дмитрий Рыльцов, 37 лет

Благовещенец Дмитрий Рыльцов потерял зрение в 33 года. Произошло это не внезапно — диагноз «Прогрессирующая атрофия сетчатки» стоял в больничной карточке давно. И Дмитрий просто жил, не особенно задумываясь о том, что мир может окутать мрак. Зрение резко начало портиться в тридцать лет, а спустя три года пропало полностью. Прежде мужчина работал слесарем-наладчиком оборудования, сантехником, но по понятным причинам эти «рукастые» профессии пришлось оставить в прошлом. 

— Я себя ни в чем не ограничиваю. Конечно, жизнь изменилась, но я оптимист по жизни и стараюсь не унывать, что бы ни происходило. Когда глаза совсем «сдавать» стали, съездил, отучился три года в Томском медико-фармацевтическом специализированном колледже, получил новую профессию. Теперь я массажист, освоил почти все техники, могу выполнить любой массаж — лечебный, косметический, спортивный. А также точечный, баночный, медовый, индийский и прочее, — перечислил мужчина. 

Сейчас Дмитрий работает по специальности в одном из фитнес-центров города. Работодатели на него пожаловаться не могут, так как трудится незрячий на совесть. Кроме того, мужчина купил профессиональный массажный стол и переоборудовал одну из комнат в квартире под кабинет. Имеются и постоянные клиенты. Один недавно приезжал на сеанс массажа из самого... Томска. Он был в командировке в Белогорске, вспомнил, что в Благовещенске теперь трудится его любимый специалист и выкроил время, чтобы съездить на несколько сеансов в столицу Приамурья. Как вам такая преданность мастеру? Мастеру, однако, очень хочется найти работу именно в больнице или поликлинике — там, как он считает, можно будет использовать весь спектр профессиональных возможностей, но...

— Не берут. Как только узнают, что слепой — автоматически вакансия «закрывается». Несмотря на то, что государство при устройстве инвалида на работу обещает работодателю налоговые льготы, у нас в Благовещенске это не работает абсолютно. Хотелось бы приносить пользу людям, работать в больнице — ведь там можно использовать все мои навыки. В Томске везде незрячие массажисты. Если приходишь на практику в больницу, там не смотрят — инвалид ты или нет — смотрят на то, что умеешь. Если многое, то и трудоустроиться можно, — поделился Рыльцов.

Помимо предвзятого отношения к себе, с потерей зрения в жизни Дмитрия появилось и другая проблема. Перемещаться по городу стало очень тяжело. Просто перейти через дорогу — это целое приключение и опасный марш-бросок с невидимыми препятствиями. 

— Без провожатых перейти оживленную дорогу практически невозможно. Культура наших водителей пока оставляет желать лучшего. Некоторые автолюбители не понимают, что среди пешеходов могут быть и незрячие, агрессивно напирают, торопятся. На этот случай у слепого всегда есть в руках трость. А лакокрасочное покрытие для авто нынче жуть какое дорогое. Я сам никогда не пускал в ход палку, но мои знакомые, которые чуть было не оказались под колесами, были вынуждены использовать этот способ, — горько усмехнулся Дмитирий. — Звуковой светофор — это жизненная необходимость для нас. В Томске на каждом углу стоит такой светофор. И он не просто пищит, а еще и объявляет название улицы, которую переходишь. Это очень удобно. 

Банально выбежать за покупками в супермаркет — тоже проблема. Там с тростью не походишь: есть риск посбивать все товары и устроить нешуточный переполох. 

— В вино-водочный отдел так и вовсе лучше не заходить — за всю жизнь не расплатишься, — смеется мужчина. 

Крайне нужной благовещенец считает и тактильную плитку — она помогает ориентироваться на местности. Ведь дорожный бордюр — не лучший ориентир. Он кончился — и ты потерялся. Но в Благовещенске живут отзывчивые люди, которые всегда помогут. Подскажут направление, сориентируют. 

— На остановках люди всегда говорят, какой автобус подъезжает, если спросишь.  Правда, некоторые отвечают, что он железный или желтый. Но это в порядке шутки, не со зла. Посмеялись вместе — и то хорошо, — улыбается незрячий. — Кстати, в Новосибирске есть такая полезнейшая услуга: звонишь оператору, он вычисляет твое местоположение через интернет и по телефону подсказывает, куда идти, ведет тебя. Мы в Приамурье об этом пока мечтаем. Из реального — хочется хотя бы светофоры.

К слову, во время интервью Дмитрий разрушил и, пожалуй, самый устоявшийся стереотип о слепых. Оказалось, он не знает шрифта Брайля. Мало того, он считает его пережитком прошлого: например, из пятидесяти его знакомых незрячих, только трое — умеют читать и писать по Брайлю. Сейчас очень выручают всевозможные гаджеты — почти вся современная техника на голосовом управлении. Звонить и отправлять сообщения со смартфона можно без труда, с таким же успехом — пользоваться компьютером и интернетом. 

Учась в колледже, мужчина познакомился со своей будущей избранницей Натальей. Она тоже профессиональный массажист, детский. Наташа — зрячая. Вместе с Дмитрием, получив диплом, она поехала в далекий Благовещенск, в котором никогда даже прежде не бывала. Он вернулся домой, а она обрела новый дом здесь. Так и живут ребята. Сейчас завели котенка — мелкого, как чертенок, и черного — как и хотел Дима.

— Я себя инвалидом не считаю. В Томске у нас была своя веселая незрячая компания, бессменным поводырем которой и была Наташа. Так и познакомились. Бывало, соберет толпу слепых вокруг себя и вперед, навстречу приключениям, — рассказывает благовещенец. — В кафе, рестораны, баню, на природу сходить — за милую душу. Все, как у обычных людей. 

Но есть кое-что, что по-настоящему способно вывести из себя этого на редкость миролюбивого человека.

— Например, заболело у меня горло. Вместе идем к врачу, тот меня осматривает, выписывает лекарства. И когда все это происходит, медик почему-то обращается исключительно к Наташе. То есть: утром давайте ему вот эту таблетку, вечером померяйте ему температуру... Эй, я вообще-то тут рядом стою. Я не сумасшедший, нахожусь в здравом уме. Я — не дерево. Все в порядке. Я просто не вижу. Но мозг у меня есть, обращенную человеческую речь вполне воспринимаю. Странно наблюдать такую ситуацию в современном обществе, но это бывает. Дико, на мой взгляд, — негодует горожанин. 

И да — мозг есть. И золотые руки. Сегодня Дмитрий с успехом справляется со всеми «зрячими» делами. Недавно сам оборудовал специализированную шведскую стенку в своем массажном кабинете, сам сделал ремонт и поменял водопроводные, отопительные трубы в кухне, чинит отцу двигатель авто. Заметьте, в полной темноте. 

— Жизнь не кончилась, она продолжается. У каждого своя история. Кто-то ломается, спивается. Но мы не из таких. С божьей помощью все получается... Вот она, моя богиня, во всем мне помогает, — смеется Дима, держа Наташу за руку.

Алексей Ширнин, 26 лет

С Алексеем мы договорились встретиться на крыльце Амурского медицинского колледжа — сейчас он учится на массажиста. В спецгруппе для незрячих и слабовидящих кроме него образование получают еще четыре студента. Уверенно ощупывая тростью тротуар, молодой человек явился точно без опозданий. Нам разрешили расположиться в одной из пустых аудиторий.

Леша родился и вырос в Белогорске. Терять зрение начал постепенно, с третьего класса, полностью ослеп в 2001 году — отслойка сетчатки. Когда видел — учился в обыкновенной белогорской школе, потом — в интернате для слепых в Свободном. Пять дней жил там, а на выходные приезжал домой. Парень признается, что поначалу в интернате было трудно, он невероятно скучал по дому и родителям. Но чуть позже у него появились друзья, которые помогли привыкнуть к новой обстановке. Окончив 11 классов, сам поступил в педагогический колледж на учителя начальных классов и получил диплом. В 2011 году парень поехал на курсы в реабилитационный центр для незрячих в Бийске, что в Алтайском крае. В центре учат слепых ходить с тростью, ориентироваться в пространстве, читать и писать по Брайлю, ухаживать за собой, готовить. Курсы длятся от 2,5 до пяти месяцев — первые два с половиной месяца основной курс, далее — профориентация: сапожное и переплетное дело, резьба по дереву, работа на компьютере и другое. Эта поездка открыла глаза на многое. И в своем мнении он совершенно не похож на предыдущего героя. 

— В Бийске люди совсем другие, не такие как у нас. У нас — жестокие. Видят, что мечешься туда-сюда, не знаешь куда идти, но никто сам не подойдет. Если спрашиваешь — некоторые просто молчат. Я серьезно. Или показывают, мол, вон туда иди, видишь, светофор светится. Там, если увидели, что застопорился, сразу подходят, — объясняет Алексей. — Но я стараюсь не обращаться к людям. Все сам. Неудобство, конечно, возникает! Я передвигаюсь автобусами, мне нужно знать номер подъезжающего маршрута. Приходится спрашивать. Кто помогает, а кто нет. На помощь приходят в основном пожилые люди, молодые — от 25 до 40 лет — редко. Наши студенты в колледже, правда, помогают всегда! Здесь инцидентов неприятных не бывает, к незрячим тут привыкли.

Удивительно, но до учебы в Бийске парень ни разу не ходил с тростью, а это, на минуточку, десять лет жизни! Леша просто стеснялся с ней гулять. Зато навык появился, память на маршруты развилась необычайно острая. До сих пор по родному Белогорску он передвигается без слепецкой тросточки. Когда переехал в Благовещенск, прошел пару раз по нужному маршруту со зрячим, изучив его. И теперь на учебу из центра города до КПП добирается исключительно сам.

В колледже Леше повезло встретить свою судьбу. С одногруппницей Катериной они сидели за одной партой и... влюбились друг в друга. Катя — слабовидящая, она различает свет и очертания предметов. Дальше отношения развивались стремительно, даже слишком быстро, шутит парень. Всего месяц они встречались, а потом решили и вовсе не разлучаться и жить вместе. В октябре прошлого года сыграли свадьбу. Сейчас ребята готовятся к еще одному радостному событию — в марте у пары родится первенец. Аппарат УЗИ пообещал Алексею сына. К будущей роли отца молодой человек, несмотря на отсутствие зрения, относится без тени сомнений и страха. 

— У меня всегда отлично складывались отношения с детьми. Они меня любят. Я двух братьев — младшего родного и двоюродного — считай, воспитал, — говорит молодой человек, — Есть опасения, что с младенцем первое время будет непросто управляться, но всему можно научиться. Если всего бояться, то надо просто дома сидеть в четырех стенах и ничего не делать.  

Сейчас младший брат Алексея служит на Сахалине по контракту. Папа военный, мама — домохозяйка. Алексей и сам мечтал стать военным. Но у судьбы были совсем другие планы. Повезло, что с детства смог рассмотреть лица родных, любимые места.

— Сейчас мне больше всего хотелось бы посмотреть на... лес. Обожаю. И жену хотелось бы увидеть, конечно, — смущается парень. — Если суждено, то лучше потерять зрение в детстве. В десять-тринадцать лет. А не в тридцать-сорок. Так проще адаптироваться к новой жизни и не потерять себя в ней. Ломаются люди. Познакомился в Бийске с одним челябинцем — тот в 38 ослеп. И все, спился. Он реабилитацию проходил, как и я. Его потом из центра выгнали за пьянки. Но есть у меня и знакомые, которые с детства не видят. Они другие, да. Даже по общению ощущается. Несмелые, заторможенные. Им от этой жизни ничего не нужно. Они в основном дома сидят, там же и учатся. Люди не имеют возможности общаться, как-то социализироваться.

 

И было бы где общаться! Сейчас в Приамурье, по словам молодого человека, нет ни одного специализированного детского сада, а в свободненском интернате для слепых — нет тифлопедагога. Нонсенс, правда? 

— А с каждым годом в области все больше незрячих детей появляется. Мой окулист, который с детства меня ведет, это рассказывал. Говорит, статистика пугает. С чем это связано? В деревнях, например, образ жизни сказывается. Пьянствуют, гуляют. Потом не стоит удивляться, что наследственность плохая, болезни... — разоткровенничался Алексей. 

Рассказал молодой специалист и о своих планах на будущее: 

— Закончу колледж, перееду в Белогорск. Есть наметки на работу по специальности. Можно сказать, уже ждут. Супруга согласна переехать, мы это сразу обговорили, как стали вместе жить. Квартиру поначалу снимать станем, с родителями не хочу. Две хозяйки на одной кухне — это неинтересно. Вопросы с жильем все люди решают, вот и мы будем. 

Но это будущее, впрочем, не всегда представляется безоблачным. 

— Сейчас область мало приспособлена для того, чтобы слепые жили полноценной жизнью. Вот пример: звуковой светофор в Благовещенске поставили возле интерната для... слабослышащих и глухих! Вот глупость. Спрашивается, зачем глухим такой светофор? Лучше бы на автовокзале поставили: дорогу перейти невозможно. Хорошо, что поток людей большой, можно идти со всеми, — смеется Алексей. — А вообще, вы много незрячих на улицах видели? Правильно, их почти нет. Потому что все они по домам сидят. Как невидимки...

P.S. По данным, которые предоставил корреспонденту MOJO председатель амурского отделения Всероссийского общества слепых Владимир Титов, на сегодняшний день в обществе по области состоит 697 человек, из них — 229 человек (!) — из Благовещенска и Благовещенского района. При этом, в реальности инвалидов по зрению гораздо больше, так как многие незрячие могут просто не состоять в обществе, это добровольная инициатива. 

Так насколько часто мы видим слепых на благовещенских улицах, вспомните? 

 
Нашли ошибку? Выделите её и нажмите Ctrl + Enter
Закрыть
Отправить сообщение об ошибке