«Раньше я пытался подражать Честеру»

15 сентября | 5179 0

20 июля умер вокалист группы Linkin Park Честер Беннингтон. Множество фанатов лишились кумира. Благовещенец Честер Бишаров тоже. MOJO поговорил с молодым человеком о смене имени, татуировках с символикой LP и о мемориале памяти фронтмену группы, который он устроил возле ОКЦ.

«Раньше я пытался подражать ему»

— Когда ты увлекся группой Linkin Park, и как это вышло?
— Году в 1999. Подростком еще был. Мы ходили в компьютерный клуб, чтобы играть ночью. Когда делать было нечего, то ковырялись в компах, лазили по разным папкам. Там и нашел первые треки.

— Чем зацепили?
— Манерой пения. Такой агрессивной, что ли. Первой я услышал песню And One, с нее все и пошло. Покупал кассеты, разумеется. Когда я еще жил в микрахе, там был угловой магазин, где и открылся первый музыкальный отдел. В нем я Hybrid Theory и купил (дебютный альбом группы Linkin Park, который вышел в 2000 году).

Очень сильно я стал любить группу в конце 2002 — начале 2003, после альбома ремиксов Reanimation. Сильнее всего зацепил трек KRWLNG с Аароном Льюисом. 

— В тебе явно есть что-то от Честера (отрицательно машет головой). Думаю, у тебя имеется пара историй, когда люди восторгались вашим сходством.
— В нашем городе ничего такого не случалось. У нас не так уж много поклонников группы. Больше писали в интернете из других городов. Ростова, например. Что сходство есть, что «ни фига ты похож». Но это редко.

— Льстило?
— Конечно, приятно, если человека, чей стиль и манеры тебе нравятся, сравнивают с тобой. Раньше я и правда пытался подражать Честеру.

«Слушаю по несколько часов в день»

— Ты слушаешь группу больше 15 лет. Другая музыка у тебя тоже есть в плейлисте, но ее ты «поглощаешь» не в таких объемах. Не надоедает столько слушать исключительно Linkin Park.
— Вообще не надоедает. Могу хоть сколько раз послушать любую песню. Из всего творчества группы и ее участников мне не нравится только один трек. Он из сольного проекта Честера Dead by Sunrise, называется Give Me Your Name. Не нравится ни подача, ни музыка, ни как поет Чес. Кроме него могу хоть сколько раз послушать любую песню.

— Это возможно, что из 150-200 песен, включая редкие треки, ты слушаешь это с наслаждением…
— …по несколько часов в день в течение 15 лет. Вполне возможно. Что тут невозможного?

— А другие люди, что на это говорят?
— Некоторые утверждали, что это «дурка, она выйдет». Нет. Ничего не вышло. Ничего не забыл. Все помню и продолжаю слушать.

 

— Ты не сталкивался с тем, что тебе говорили: «Эй, чувак, ты застрял в детстве. Linkin Park — это прошлый век, ты отстал от жизни».
— Было как-то раз, что мне говорили, что я не развиваю музыкальный вкус. Я так не считаю.

— Совсем не обижает отрицательное чужое мнение по отношению к себе?
— Абсолютно нет. Почему меня это должно обижать? Я не парюсь. 

— Не странно, что ты в 30 лет не слушаешь ничего другого?
— Я люблю альтернативные группы, но слушаю редко. Так уж вышло, что они не номер 1 и никогда им не станут.

— Даже взросление не может это исправить?
— Думаешь, я зря делал татуировки свои? 

— Как твои татуировки связаны с группой?
— У меня такая же татуировка, как у Беннингтона на левой икре — солдат Hybrid Theory. Растушевка крыльев, правда, сделана немного иначе, другого цвета. Эту тату бесплатно сделал друг в 2006 или 2007 году.
 

Чуть ниже шеи логотип LP 2003 года. Еще у Честера была татуировка с шестью руками. У него это символизирует единение фанатов, что-то такое. Я сделал то же самое, только большим размером. Я по характеру такой человек, что всегда протяну руку помощи. Для меня татуировка символизирует некую поддержку. 

— Ты не жалеешь о них?
— Единственное, о чем жалею, так это о том, что спина не доделана. Но это в планах. Это изображение плавно перейдет на грудь, которая тоже будет забиваться. У Беннингтона на груди — фамильное древо. Инициалы жены, детей, его самого. Я хочу что-то подобное.

«Мне не нравилось мое имя»

— Почему именно Беннингтон. Он фронтмен и вокалист, но есть же еще и Майк Шинода. 
— Наверное, потому что мне рок ближе. И потому что у Честера такой мощный голос. Но я и рэп люблю, и Шинода тоже мне нравится.

— Ты поменял имя с Влада на Честера. Это признак исключительного фанатизма?
— У меня нет отца, но тогда, давно, имя Влад было его идеей. Причина, конечно, не только в этом. Я никогда не признавал свое имя, никогда с ним не считался, оно мне не нравилось.

— Но ты поменял на Честера, а не на Максима или Женю.
— Потому что это имя человека, на которого мне хотелось равняться в хорошем смысле.

— Он звезда, рокер. Что в твоем понимании равняться на него?
—  На какую-то его отзывчивость, добрый характер. Я с экрана его видел своими глазами, воспринимал, делал выводы о том, как он с людьми общался.

— Ты не думал, что в жизни он совсем другой?
— Ни разу ничего дурного о нем не всплывало. Это бы обязательно оказалось в интернете. 

— Как люди реагировали на смену имени?
— «Честер» было моим прозвищем с подросткового возраста. Приклеилось в дворе. Меня никто там Владом и не называл. Чес и Чес.

— Сейчас ты взрослый мужчина. Не сталкивался с непониманием твоих имени отчества от какого-нибудь Игоря Петровича?
— С удивлением — да, с непониманием — нет. К тому же, смену имени я не афишировал.

— Почему ты назвал сына Ратмиром, а не Майком.
— Имя мы с женой вдвоем выбирали. Я могу экспериментировать с собой, но никак не с ребенком и семьей.

«Человек, который не был фанатом чего-либо, другого фаната не поймет»

— И все же, жена и ребенок не сходят с ума от твоего фанатизма и многочасового прослушивания LP.
— Жена ругает порой, что я слишком много уделяю времени группе — поиску информации о них, просмотру концертов. Бывает, слушаю часами в наушниках. Я не считаю, что это серьезная проблема, но пару раз мы ругались из-за этого, не сильно. Ей тоже нравится группа, но не настолько. Человек, который не был фанатом чего-либо, другого фаната не поймет. 

— «Фанат» — это слово с положительной окраской?
— Смотря, насколько ты фанат и чего конкретно.

— Если в компании при тебе оскорбят группу, как ты себя поведешь?
— Раньше бы в нос заехал. Сейчас просто улыбнусь.

— У тебя дома есть много всего, связанного с группой? 
— Я не просто фанат, я коллекционер. Собираю все. У меня даже вырезки есть из старых журналов. Вырезал в начале 2000-х, тратил время. Тогда было проблемно достать статьи, фотографии распечатать. Сейчас я все это храню в папках. И уделяю этому меньше времени.

— Что самое ценное в твоей коллекции?
— Лицензионные CD. Чистый звук. Может, еще светильники с логотипом группы от 2007 года, которые я сам делал. Хотя мне все дорого.

О концерте, который увидел вживую

— В 2009 ты поехал на концерт. Для тебя это было большим событием.
— Я планировал съездить еще в 2007 году. Не сложилось. А когда только узнал, что в июле 2009 состоится концерт в Санкт-Петербурге, то твердо решил побывать на нем. Я поехал на поезде, чтобы сэкономить денег. Шесть суток (смеются оба)! Ехал с другом, но он остался до концерта в Москве, а я сразу уехал в СПБ. Тогда впервые оказался в большом городе.

— За сколько ты приехал?
— За неделю до него. Сразу пошел гулять по Питеру, купил путеводитель бумажный. Дошел до места, где должен был быть концерт, провел там много времени. Близился вечер, надо было где-то ночевать. На столбе увидел объявление, позвонил — оказалось, что риэлторское агентство. За две тысячи они мне нашли квартиру в тот же день. Не на окраине, но и не в центре. Какая-то бабуля сдавала комнату за 700 рублей в сутки в четырехкомнатной квартире. Она болела раком, лысая была. А сдавала, чтобы на лечение хватало. Комната была так себе, но мне было все равно. За такие-то деньги. Тем более, я там только ночевал. 

В день концерта к площадке я подходил с другом. Но он пожалел денег на фан-зону. Купил дешевле (мой билет стоил 3500, его — 1500). Я это высказал ему, мол, «Ехали целую неделю, потели в поезде, а ты пожалел денег?» Там и разделились. Позже я увидел двух парней, которые стояли у входа. Они самые модные там были, особенно один из них (смеется). Не помню, как разговор завязался, но я спросил: «Здорово, пацаны, откуда вы?». Оказалось, из Благовещенска. Там было столько народу, но я познакомился именно с земляками. Удивительное совпадение. Я очень обрадовался им. Весь концерт мы и провели вместе.

— Вспомни ощущение, когда LP появились на сцене.
— Я помню ощущение, когда только пошел сэйшн и вышел Джозеф Хан. С того момента во мне был только адреналин, а сердце начало разгоняться. «Я вижу Хана, не с телевизора или компьютера, а вживую». Это совсем другие ощущения. Эмоции переполняли.
 

Больше всего запомнилась концовка Breaking The Habit, когда все фанаты пели ее в один голос. А что меня до сих пор напрягает, так это то, что мы не прорвались поближе к сцене. Я бы хотел стоять ближе настолько, насколько возможно. Просто у меня рост небольшой (улыбается). 

— Больше ты не ездил на их концерты?
— Нет

— Жалеешь?
— Да.

— Сейчас-то понятно. А три месяца назад?
— Я бы не смог все равно, пока у меня маленький ребенок. Я много работаю, мне нужно обеспечивать семью. Возможно, получилось бы до женитьбы, но сейчас поздно об этом говорить.

«Захотелось уйти в себя»

— Вспомни день, когда Честер умер.
— Это было 7 утра. Жена тормошит: «Чес, Беннингтон повесился». Я подумал: «Что за шутки?». Тем более, до этого по соцсетям гулял фейк, что группа разбилась. Я сразу за компьютер сел, начал везде смотреть. Когда все подтвердилось, меня начало потряхивать. Стало очень плохо.

— О чем ты подумал?
— Просто пустота была. Неохота было разговаривать, захотелось уйти в себя. Отошел, наверное, в течение недели. Я был такой же, как всегда, общался со всеми, но внутри печалился по-своему. Многие афишировали свою грусть, боль. Я тоже не мог молчать, но стал делиться переживаниями в соцсетях не сразу.

— Потом ты сделал мемориал.
— Распечатал баннер, повесил его на территории ОКЦ.

— Опечалился, что ни от кого не дождался поддержки?
— Стремно было, что никто это не поддержал. Всем было все равно. Только жена немного пыталась.

А потом баннер сорвала администрация ОКЦ. Он незаконно висел на их территории. Мотивировали тем, что по неким моральным принципам запрещено вешать на территории частной собственности подобное. Какая-то такая формулировка. Им, видимо, было жалко кусочка забора, чтобы люди проходили, что-то оставляли у баннера. 

— Что-то оставили за это время?
— Были цветы. Не много, но были. 

— Почему так мало? Нет поклонников в городе?
— Трудно сказать. Он еще слишком мало провисел. Но я видел реакцию, люди останавливались, фотографировались.

— 29 сентября в «Гранд Арене» пройдет концерт памяти Честера. Ты к нему причастен?
— Я не причастен, как организатор, но я иду на него. Уже купил два билета по 650 рублей максимально близко к сцене. Сказали, что будут разные городские коллективы, что ожидается кавер-пати и обещали, что не будет грустно. Больше ничего не знаю.

 
Нашли ошибку? Выделите её и нажмите Ctrl + Enter
Закрыть
Отправить сообщение об ошибке