Сказки странствий

12 июля | 2720 2

Наши сегодняшние героини полностью изменили свою жизнь, выйдя замуж за иностранцев. И, вопреки стереотипам, ничего страшного не случилось: в интернациональных семьях живут любовь и взаимопонимание. Языковой барьер не стал преградой для интересной жизни. Кстати, редакция MOJO ни в коем случае не призывает неокрепшие умы юных дев штурмовать сайты знакомств в поисках холостых американцев: любовь, как известно — дело случая.

Анастасия Понцио, 26 лет, преподаватель английского языка, переводчик


Мы познакомились 5 лет назад благодаря стечению обстоятельств. Это было в Китае, где я работала танцовщицей. Роман развивался бурно. Через месяц после начала отношений мы решили жить вместе. Мы понимали, что период знакомства был коротким, но решили стать парой. Сложно поверить, но наша совместная жизнь с тех самых пор идет гладко.

Свадьбу мы сыграли в июне прошлого года в католических традициях и по родным сицилийским обычаям Доменико. Но расписались в октябре позапрошлого года, чтобы я могла получить визу.

Я посещала в Благовещенске православную церковь. Помню, наш батюшка сказал, что будущий муж обязательно должен принять православие. А вот католический пастор разрешил брак и со смешанным вероисповеданием — лишь бы оба были христианами. Но пришлось собирать много документов, подавать заявление. На сайте города, где мы расписывались, необходимо было сделать публикацию о том, что мы хотим пожениться — если в течение двух недель никто не оставляет возражения, брак регистрируют. Перед свадьбой мы прошли в церкви курс лекций, который длился около пары месяцев. Так делают все пары: нам объясняли смысл брака по канонам Библии и прочее. В нашей группе были люди, которые приходили на лекции второй раз: в первый передумали жениться. Думаю, это было полезно. Такое бы не помешало многим парам. Мы много говорили с пастором, отвечали на вопросы, подписывали разные документы — это хорошая проверка, ведь в церкви брак заключается только один раз.


Мы общались на английском — я по образованию переводчик, а он работал в международной компании инженером и тоже знал язык. Было неплохо, особенно во время бурной влюбленности, но все же это не родной язык для нас обоих. Сейчас я уже хорошо знаю итальянский, и стало проще выражать эмоции, общаться с его семьей. Новый язык, кстати, выучила легко — он довольно простой для русских. Дома все время работал телевизор, и я запоминала очень быстро. Сейчас понимаю абсолютно все, но стараюсь совершенствоваться и собираюсь на курс итальянского.

Конечно, были притирки, но мелкие. Они решались в процессе разговоров. Мне был 21 год, я была готова ко всему новому. Доменико тоже был открыт. Образно — сели в одну лодку и поплыли. Наверное, главным секретом успеха все же остается любовь.

Мы оба из простых семей (правда, эти стандарты в Италии и России очень разнятся). У них семья — это святое, пример для подражания. Все, что у них есть, они создали сами. Есть, чему поучиться. Мой муж — очень трудолюбивый. В 16 лет он сам решил поехать в престижную военно-морскую школу в Венеции на 3 года. Там были очень жесткие условия. После школы он получил инженерное образование и степень магистра в Швеции. А вот с моей семьей все не так гладко — мои родители развелись, мама потом умерла. У папы была другая женщина, с которой он тоже развелся и опять женился. Простая семья в России — это нищая семья по меркам Европы (из такой и я вышла). Теперь я перенимаю новые ценности, стабильность.

Может быть, все звучит идеально, но так оно и есть. Самой иногда не верится. Мой опыт — это показатель не того, что нужно выходить замуж за иностранца, а за кого выходить замуж в принципе. За человека, к которому тебя тянет, с которым у вас много общего. Мне повезло, что я нашла такого человека. Неважно, итальянец он, русский или китаец. Мы смотрим в одну сторону и готовы прожить всю жизнь вместе. Брак должен создаваться только для того, чтобы быть счастливыми.


Иностранцы — такие же люди. Нужно смотреть на качества человека, а не на уровень жизни, искать надежного партнера по жизни.

Моя история — это исключение из правил. Разница в культурах, статусе, образовании, воспитании, языковой барьер очень часто мешают отношениям. В нашем случае ни одна из этих причин не влияла. Моя адаптивность, открытость и гибкость характера сыграли свою роль. Человеку с жесткими принципами в принципе будет сложно сойтись с кем-то. Даже в России.

Валентина Каннингем-Пау, 27 лет, преподаватель английского и китайского языков, переводчик

С мужем мы познакомились на острове Сайпан, самом близком к нам кусочке Америки. Это были июньские каникулы, мы прилетели сюда с подругой всего на 6 дней. Бенджамин в течение двух лет путешествовал по миру, и одной из точек по пути в его родную Новую Зеландию стал Сайпан. Мы пообщались три дня, и он предложил мне выйти за него замуж. Наверное, это можно назвать любовью с первого взгляда. Приехав домой, я поняла, что человек мне действительно понравился. Уже в августе мы вместе полетели в Таиланд, и с тех пор каждые 2-3 месяца встречались в разных точках мира: ездили в Корею, Китай, Японию, Турцию, Чехию, Францию, Филиппины, были в Москве и Санкт-Петербурге. Через полтора года таких свиданий он приехал в Россию, познакомился с моими родителями, попросил моей руки и сказал, что пора прекращать эти метания. Выразил увереннность, что хочет видеть меня своей женой. И у меня уже не осталось сомнений в том, что это мой человек.

Бен — очень открытый человек, без стереотипов, жил в Канаде, Америке, Англии, Франции. Он готов был и предлагал мне остаться в России, если переезд окажется слишком сложным. Но проблема в том, что он абсолютно не говорит по-русски, и тяги к языкам как у меня, у него нет. Сейчас мы учим русский, и я вижу, как тяжело ему он дается. Он не сможет работать в России, не зная языка, а преподавать английский где-нибудь в Москве — совершенно не его. Я же преподаю английский, китайский и русский и могу работать где угодно. Сейчас, например, нахожусь в Китае. Вообще не испытываю никакого дискомфорта от переездов в разные страны — мне легко везде. Я рада, что сейчас получаю такой опыт и путешествую.

У Бенджамина и его отца — своя строительная фирма, поэтому у них дома по всей Новой Зеландии. Два основных — в Веллингтоне и местечке на отдельном острове под названием Ванака (или Альберт Таун). Думаю, что это самый красивый край в стране. Большую часть времени мы проводим там, также Бен очень много ездит по Новой Зеландии — тут это очень удобно. Билеты на самолет, на теплоход — дешевые, что позволяет людям легко путешествовать.

Мне нравится тут все! Нет небоскребов и высоток, потому что жители Новой Зеландии предпочитают частные дома и считают, что жить в квартире — это отстой. Лучший вариант — это свой дом у моря или озера, с большим задним двором, собакой. Мы в Ванаке вообще живем в горах, с видом на озеро, поля, заснеженные вершины. В Новой Зеландии невероятно чисто: люди иногда ходят по улице босиком. Обувь дома никто не снимает, и каким-то образом полы остаются чистыми. Может, асфальт положен так качественно, не знаю. Нет пыли — вытирать поверхности в доме можно раз в неделю-две.

Сюда приезжают только те люди, которые действительно этого хотят. Попасть сюда очень сложно: вид на жительство получают только лучшие из лучших, кадры, которые нужны стране (врачи, юристы и т.п.). Уровень жизни очень высокий, как и налоги, которые, правда, идут на хорошие бесплатные школы, медицину, дороги, приличные декретные выплаты, социальную поддержку («киви-счет» для каждого новозеландца). Есть ипотеки с 3-4%. Жизнь здесь спокойная: все уверены в завтрашнем дне.

Сервис отличный — здесь тебе улыбаются и дают добрый совет просто так. При этом магазины работают как удобно владельцам — до двух, до пяти часов. Тут люди вообще не зациклены на работе — это просто средство, чтобы заработать деньги и на них порадовать себя. Не питают здесь страсти к дорогим машинам — обычные «форды» их более чем устраивают. Если видишь навороченный джип — это, скорее всего, китаец. К одежде относятся тоже без пафоса: она простая и удобная. Когда выбирали кольца,  ювелирном магазине нас с Беном обслуживала не красивая девочка, одетая по дресс-коду, а бабушка-продавец. Мне нравится эта простота.

Минусы найти не могу. Может быть, урбана маловато для тех, кто любит мегаполисы. Такое только в Веллингтоне и Окленде.

В течение последних лет я постоянно путешествую. По дому не очень скучаю, потому что каждые 3-4 месяца езжу в Россию. Моя родина — это мои родители, которые когда угодно могут приехать ко мне и жить здесь сколько угодно.

Помню забавную историю. У Бена с русским беда, а наши продавцы не знают английского. Он как-то пытался купить негазированную воду, но никак не мог это сказать. Он знал слова «нет», «газ», «вода» и пытался объяснить, что «нет газ», пшикал, показывал руками. Продавцы предлагали ему сигареты, зажигалки, он пытался сказать, что не курит. С тех пор, когда он приходил в этот магазин, его звали «Нет газ вода» и смеялись.

Россия — все-таки европейская страна, поэтому огромной разницы в менталитетах, как между русскими и китайцами, у нас с новозеландцами нет. Они — просто счастливые люди. Ухаживают за своими домами и садами, катаются на лодках, рыбачат и охотятся, следят за своим здоровьем, лазят по горам, занимаются спортивной ходьбой, плавают, любят йогу. Мой муж — очень спортивный человек и катается на велосипеде, мотобайке, лазит по скалам, ходит по горам, занимается скайдайвингом, плавает и ныряет, занимается греблей.

К русским здесь относятся хорошо и с интересом. На нашу свадьбу многие нарядились в национальную русскую одежду (как им показалось) — белые рубахи, какие-то папахи. Мне постоянно делают комплименты, стараются угостить чем-то или подарить.

Круг общения довольно велик. Это и знакомые с работы мужа, и туристы, которые снимают дома, построенные его компанией. Хожу на йогу с девочками. Бен — очень общительный человек, у него масса друзей всех возрастов. По первому образованию он — диджей и довольно популярный в стране. У него есть своя студия, он гастролирует. Он часто устраивает фестивали и вечеринки, где все веселятся, едят вкусную еду и выпивают, конечно. Например, у нас на свадьбе играл диджей из Германии, который прилетел специально для этого на 3 дня.


Всегда считала, что русскому человеку будет просто и логично жить с русскими. Бен разрушил мои представления: я иногда просыпаюсь и начинаю ему что-то бурно рассказывать на родном языке, только потом соображаю, что он меня не понимает. Мне так комфортно с ним, что я забываю о том, что мы разных национальностей. Он прекрасно ко мне относится, поддерживает меня во всех начинаниях, постоянно говорит, что ему повезло со мной, что я — самая умная и красивая. При этом сам усердно работает и учится, не отмахивается от работы по дому, прекрасно готовит, умеет делать все своими руками. Даже старается учить русский и китайский со мной. Не знаю, за что мне такое счастье — он самый лучший человек на земле.

Тут люди женятся поздно. Иногда даже общий ребенок — не повод вступить в брак. «Устраивает как отец моих детей, но я не уверена, что хочу жить с ним до конца жизни» — здесь часто так говорят. Мы на своей свадьбе выглядели как дети. Может, конечно, полгода — это совсем немного, и эйфория пройдет, но пока что я довольна семейной жизнью и своим браком. Верю в позитивное мышление.

Юлия Майлс, 42 года, менеджер-экономист

Для начала хочу сказать, что популярная идея знакомства с иностранцем по интернету — довольно утопична. Любой, кто вообще оставлял анкету на сайте знакомств, знает, какой там, в основном, контингент: скучающие плейбои, извращенцы, сумасшедшие. И американцы, например, не исключение: многие из них считают, что за «синий паспорт» русская женщина готова на что угодно. Лишь бы уехать из своей страны. Лично мой опыт знакомства с иностранцем через интернет был печальным.

С моим нынешним мужем мы познакомились случайно и очень забавно. Я приехала в Москву на повышение квалификации. После того, как я поздравляла с Днем рождения своего отца по телефону в гостинице, в фойе ко мне подошел американец и признался, что у его отца тоже сегодня именины. Я не поверила сначала, думала, что это просто попытка познакомиться, но мы все же обменялись e-mail. Оказалось, что не соврал, а кроме того, Дни рождения совпали и у наших мам. Вот поэтому Фред любит говорить, что меня ему послали с небес родители. Других знаков тоже было предостаточно.

Мое знание английского было тогда на уровне школьной программы, но мы с февраля по май того года переписывались. До свадьбы встречались в общей сложности 1,5 года. Будущий муж приезжал сюда примерно раз в месяц. В 2008 году мы поженились. Моя дочь окончила школу и уехала вместе с нами, потому что до этого не раз была с нами в отпуске за границей и была готова. Она поступила в вуз в Москве, закончила бакалавриат и магистратуру, а теперь переезжает в Китай работать, потому что училась и практиковалась там.

После свадьбы мы уехали в Катар, так как Фреда туда направили по работе (он оказывает консалтинговые услуги в сфере добычи нефти и газа). Это арабское государство, и работать я там не могла. Мы прожили там недолго, после чего переехали в Москву, где я получила второе высшее образование (по первому я — юрист). Во время беременности нашими близнецами работу пришлось оставить — Фред решил, что не стоит рисковать здоровьем. Некоторое время жили в Москве, потом уехали в Мексику, где жили полтора года, а сейчас снова вернулись в столицу.

Фред старше меня на 15 лет, но на западе такая разница считается абсолютно нормальной. Кроме того, он выглядит намного моложе своих лет, сохраняет хорошую физическую форму и полон энергии. Он объехал весь мир, 12 лет прожил в России, побывал в самых разных ее уголках (видел куда больше городов, чем я) и дружелюбно относится к нашей культуре. У него нет стереотипов. Я готовлю блюда русской кухни, и муж с удовольствием ест борщ, блины, пельмени. Все, кроме окрошки — ее я готовлю только для себя (смеется).

Некоторые моменты в нашем менталитете удивляли и даже обижали его. Например, если я резко меняла свои планы: писала, что буду сидеть дома, а сама спонтанно шла с друзьями в кино. Он недоумевал: «Как же так, ведь ты пообещала, что будешь дома!». Его удивляло, что нельзя ходить в обуви по квартире, а все вещи нужно убирать на свои места. Что поделать, мы, русские, привыкли жить на таких маленьких площадях, что без этого просто никак.

В Благовещенске у нас была традиционная русская свадьба — с водкой, танцами и конкурсами. Фред к тому времени уже получил «прививку» российской действительностью и нормально отнесся к этому. Ему вообще нравится в Благовещенске, он всегда находит тут что-то новое и интересное для себя, хочет приехать сюда в отпуск.

У меня есть дочь от первого брака и близнецы от брака с Фредом — Фредерик (в честь папы) и Николь. В быту — Федос и Ника. Кроме того, мы общаемся и с его детьми от прежних отношений. Он из любой точки мира каждый день созванивается с ними. Для меня это показатель. Мы хорошо ладим, собираемся на праздники, они приезжают в гости. Зовут меня stepmom, просто «мамой» (иногда, в шутку) и Юлей.

Сейчас мои младшие дети побывали уже в 7 странах. Они говорят на двух языках, а в Мексике начали осваивать еще и испанский. Они растут открытыми и непосредственными, дружелюбными. Для них не имеет значения цвет кожи людей, они не стесняются общаться с инвалидами. В нашем дворе они — единственные, кто играет с девочкой-инвалидом из соседнего подъезда.

Для Фреда характерны упорство и готовность отдать за семью последнюю рубашку, обеспечить ее всем необходимым. Он никогда не опускает руки. Подобное поведение в семейной жизни отчасти порождено их законами: при разводе женщина защищена — за неуплату алиментов можно сесть в тюрьму. Разводиться дорого, поэтому они стараются сохранять семью и очень ответственно подходят к воспитанию детей. Здесь принято интересоваться делами друг друга (да-да, это не только в кино). Даже если у меня как у домохозяйки каждый день проходил одинаково, мужу все равно было интересно, что у меня новенького. И его удивляло, что многое я старалась делать сама (например, вкручивала лампочки): «Зачем? Я сам должен решать эту проблему!». А в России мы расслабили мужчин сами — надо становиться менее сильными.

Нашли ошибку? Выделите её и нажмите Ctrl + Enter
Закрыть
Отправить сообщение об ошибке