Универсальный язык. Часть 1

13 ноября, 2014 | 1698 5

В Благовещенске открываются художественные галереи, проводятся выставки, художники все чаще получают признание. MOJO распросил своих друзей, которые увлекались художественным творчеством и переехали из амурской столицы — чем они сейчас занимаются. Для вашего удобства интервью были разбиты на части. В первой серии мы поговорили с Алексеем Очкаловым и Антоном Шаховым. Один сейчас живет в Москве, а другой преподает на Камчатке.

— Расскажи немного о себе.
— Меня зовут Алексей Очкалов. Я художник, а именно занимаюсь живописью и скульптурой.

— Как ты стал художником? Когда окончательно решил, что пойдешь этим путем?
— Стал-то может быть еще при рождении, ну, а вообще, наверное, в тот момент, когда выставился впервые. А выставился я тогда в Благовещенске, в центральном выставочном зале, что находится на улице 50 лет-Ленина. Я ничего не решал на свой счет, занимаюсь тем, к чему лежит душа, остальное отметать стараюсь, а если чего и решал, то это видимость только была. Зачастую оказываешься там, где и не мечтал оказаться, несмотря на свои планы, потому что жизнь все-таки сама решает, где тебе быть и что делать. Проходит время, и я вижу, что растерял каких-то людей, какие-то вещи, а творчество осталось, значит, это настоящее. 

— Есть ли у тебя художественное образование? Давно ли рисуешь?
— Художественное образование есть, но в работе оно помогает, конечно, не на все сто. Я окончил АмГУ по специальности «Дизайнер», с красным дипломом даже. Но особенно запомнился не образовательный процесс, а сама атмосфера и некоторые люди, которых можно сосчитать по пальцам. Рисую я давненько, дело пошло с каких то раскрасок и открыток в детстве, и вот до сих пор.

— Почему переехал? Каким образом был выбран город?
— Переехал потому что задыхался от такого ритма жизни, все как будто в стоячей воде. Было ощущение, что я дурак и ничего не знаю, я и сейчас дурак. Вспомнил фразу из фильма какого-то: «Если человеку некуда деваться, то он едет в Москву», — вот я и здесь. После 25 лет жизни в Благовещенске.

— С какими переменами пришлось столкнуться? Новые впечатления? Как они повлияли на творчество?
— Перемен было выше крыши. Это и огромные протяженности города, бешеные ритмы, архитектура, миллионы людей, которые все время бегут и все время хмурые. На самом деле не все хмурые и меркантильные, есть и добрые люди в Москве. Сегодня видел случай в метро, на входе в вагон, девушка как-то обмякла и начала падать в щель между поездом и платформой, ее подхватил парень, кричит: «скорую!», и остался с ней один на перроне. Я шел в толпе мимо них. Толпа прошла мимо. Я тоже чуть было не прошел, но спросил себя: «Ну, а ты-то дебил, куда прешься?», притормозил и вернулся, начали в скорую звонить. Пришла мысль в голову, что бежать делать тупую работу важнее, чем человек, с которым Бог знает, что может случиться. А на творчество влияют любые впечатления от путешествий, событий, отношений, встреч, потерь, чего много было здесь и будет еще. Мои картины стали больше по формату и сменились материалы. Я стал активно использовать холст/масло, а скульптуры лить из бронзы.
 

— Есть ли хобби помимо рисунка?
— Рисунок я забросил немного, живописью занимаюсь, а когда не занимаюсь, то леплю и отливаю в бронзе скульптуры.

— Расскажи интересный случай из жизни, связанный с работой.
— Сегодня мы отливали скульптуру знакомому художнику, и он говорит: «Ребята, а знаете, как льют скульптуры в Голландии?». Он начинает рассказывать, что они, стало быть, голландцы льют тонкой струйкой раскаленного металла в форму, то есть, другими словами, очень аккуратно и ювелирно. А на его фоне в это время мой напарник Вова открывает мешок гипса молотком. Случай может и тупой, но я заржал, как конь, потому как это же нелепость полная, типичная для нашей страны. В Европе, как всегда, «все хорошо», а у нас мешки молотком открывают. Я, как раз, был начитан Достоевским прилично и был впечатлен описаниями всех образов странной русской души, и Вова как раз дополнил этот образ. Смеюсь, как вспомню.

— Как ты настраиваешь себя на творчество? Есть ли какие-то свои методы, помогающие процессу, «стимуляция» фантазии? Музыка? Просмотр работ других авторов?
— Я не настраиваю себя, меня тянет к определенным вещам, и я себя стараюсь в этом не стеснять. Самообразование здесь играет большую роль. Здесь все, и книги и фильмы, и походы по выставкам и концертам с оркестровой музыкой.
 

— Как тебе удалось выработать свой собственный стиль, так сказать, «выделиться из толпы»? Что на него повлияло?
— Я его не вырабатывал, не ставил такой цели. То есть, если я бы не мог писать так, как я пишу, и пыжился изо всех сил, чтобы был такой-то стиль, то это бы была неправда. А правда в том, чтобы просто заниматься творчеством честно, не в угоду и никому не подражая. Стиль появляется как-то сам и влияет на него вся прожитая жизнь.

— Рисуешь ради удовольствия, или это основной заработок? Сколько времени уходит на написание одной работы?
— Творчеством занимаюсь из потребности. Написанные картины служат поводом для выставок и встреч с художниками и друзьями. Коммерческая сторона меня мало волнует, я не всякую картину могу продать, ведь каждая это кусок жизни. На данный момент основная работа — литье скульптур из бронзы.

— Чего ты ждешь от своего творчества? Какова цель? И что ты сам получаешь от творческой деятельности?
— Я просто проживаю жизнь, как хочу, и я писал уже выше, что приоритеты расставляет жизнь, а не люди. Зачем мне эти цели, мне же не надо кому-то что-то доказывать, я и так знаю, на что способен. В плане творчества очень хочется попробовать лить свои скульптуры из разных, более интересных сплавов (силумин, чугун, аллюминий), попробовать то же никелирование, например.
 

— Какую из своих работ считаешь наиболее удачной? Что больше всего нравится рисовать? Что бы, может быть, хотел научиться рисовать?
— Сложно сказать, мне многие нравятся, особенно те, что в Москве написал. Моя живопись стала уж совсем абстрактной, так что нравится писать скорее «ничто». Рисовать я умею, а вот портрет Достоевского хочется дописать, это да.

— Что ты можешь сказать об искусстве будущего? Что хотел бы сказать человеку, собирающемуся стать художником?
— С будущим ничего не понятно пока что, в искусстве одна большая помойка. Из-за того, что все общество слишком увлечено денежными отношениями, то и искусство сильно замешано на них, здесь теряется все чистое, непосредственное, правдивое. После всеобщего нравственного упадка, наверное, будет «возрождение». Собирающемуся стать художником я могу сказать, что дело это сложное, ведущее сложной дорогой с множеством лишений, но и с множеством радостей, но путь, безусловно, интересный и правильный, если, конечно, не сбиты ориентиры, то получится путь, ведущий к правде.

Антон Шахов
 

— Как получилось, что ты стал художником?
— В школе мне очень не нравилось учиться, и я был «махровым» троечником. В основном это касалось точных наук. Зато творческие дисциплины давались с легкостью. Родители пытались отдать меня в музыкальную школу, т.к. у меня был музыкальный слух, но ничего хорошего из этого не получилось. Поэтому они решили определить меня в художественную школу на ул. Чайковского. С тех самых пор обычная школа была для меня пустой тратой времени. 

Еще в детстве я понял, что рисование — это единственное дело, приносящее мне ни с чем не сравнимую радость. Именно творчество для меня является универсальным языком, на котором можно разговаривать с любым человеком. Неравнодушие к миру и к людям толкнуло меня на эту дорогу. Постичь все тайны и загадки человека, общества, мира, космоса можно лишь соприкоснувшись с этим в реальной жизни и, как следствие, в творчестве. Еще внутреннее чувство справедливости никогда не давало мне покоя. Но понимать это, естественно, я начал гораздо позже.
 

— Почему вдруг решил рисовать не здесь?
— После окончания художественной школы я начал думать, куда пойти после окончания общеобразовательной. Мои знакомые посоветовали пойти в Педагогический колледж №2 (теперь он называется Амурский Педагогический Колледж) на художественно-графическое отделение. Я так и сделал! На четвертом курсе я задумался: «куда идти дальше?». И вдруг, во время осеннего пленера, встретил родственную душу. Это была девушка, звали ее Валентина. Из разговора я узнал, что она учится на живописца в Дальневосточной государственной академии искусств, и, впечатленный до глубины души, я решил туда поступать. 

Вот так я и очутился в другом городе! Владивосток... Это действительно целая планета! Концентрация творческих людей там просто зашкаливает! Шатко-валко, но и в академию я поступил, хотя мой уровень рисования оставлял желать лучшего! Серьезную базу изобразительного искусства я получил именно там. За это время успел побывать в разных странах, поработать на разных, в том числе и не относящихся к творчеству работах, познакомиться с уникальными людьми. Из «махрового» троечника я стал просто троечником! Но только там я понял смысл настоящего искусства!

— В какой технике ты работаешь?
— На третьем курсе мы с ребятами решили сделать совместную выставку на городскую тему. В итоге я один сделал несколько работ в графике. Самое главное, что открыл для себя эту удивительную технику. Мне всегда нравились комиксы, книжная и станковая графика и я решил их смешать. Получилось весьма неплохо! Идеи приходили сами собой, стоило только взяться за черную гелевую ручку и карандаш. И в итоге я понял, что графика — это мое призвание.
 

— Ты и потом продолжил переезжать...
— К концу обучения, по старинке, задался вопросом: «что дальше?». И мне предложили поехать на Камчатку, преподавать в Камчатском Колледже искусств. После долгих раздумий и переговоров с родителями я отправился туда.

— Откуда черпаешь вдохновение?
— В свободное от преподавания время немного катаюсь на сноуборде. Люблю походы и путешествия, знакомства с интересными людьми, интересные фильмы, интересные книги, интересную музыку. В целом, все это и влияет на меня и соответственно на мое творчество. 

 
Нашли ошибку? Выделите её и нажмите Ctrl + Enter
Закрыть
Отправить сообщение об ошибке