Влюбленные в небо

Автор: Яна Лахай
20 ноября, 2015 | 3226 3

Безукоризненно одетые и улыбчивые парни и девушки, встречающие тебя на борту самолета, невольно приковывают внимание. Что скрывается за видимой легкостью профессии бортпроводника? Сегодняшними героями МОJO стали амурчане, работающие на борту самолетов. Влюбленные в свое дело молодые люди  рассказали о нештатных ситуациях, аэрофобии и своей работе после ухода с рынка «Трансаэро».

Мечта детства

Отец Виолетты служил в летном экипаже, поэтому девушка с малых лет мечтала быть причастной к этой профессии. Она родилась в Краснодарском крае, но так как папа военный, оказалась на Дальнем Востоке. По образованию Виолетта религиовед. После окончания АмГУ они семьей переехала на запад России, где до заветной мечты стать бортпроводником было рукой подать.

— В Москве мне нужно было быстрее определяться с работой. Я написала резюме в «Аэрофлот» и в «Трансаэро». Ответ быстрее пришел от «Трансаэро», меня пригласили на собеседование. Я заполнила кучу документов, анкет, прошла психологический тест. И меня взяли на обучение.

В первом рейсе в качестве стажера многие задачи мне еще нельзя было выполнять. Давали легкие поручения — обслуживание в горизонтальном полете, пристегивание пассажиров перед взлетом/посадкой. Самое трудное было — не разлить горячий чай и кофе на пассажира. Чайники тяжелые (смеется). Спустя два месяца я сдала экзамен на «отлично» и получила допуск на самостоятельные полеты.
 

Работа в «Трансаэро» началась очень символично — мой первый самостоятельный полет был в Благовещенск! Я облетела всю Европу, а также Китай, Таиланд, Доминикану, Кубу, Мексику и Россию, конечно. Возможность посмотреть города была. Так, на Пхукете экипаж оставался и на 4 суток, а в Нью-Йорке в зимнее время и до 11 дней. У меня дома всегда были оливковое масло из Греции, красная икра и рыбка из Магадана, хамон из Испании, фрукты из Таиланда, побрякушки из Китая, печенье «Зея» из Благовещенска, японская и корейская косметика из Сахалина, крабы с Камчатки.

Но не все так сказочно, как думают мои друзья (смеется). Не стоит забывать, что бортпроводник должен много чего знать, уметь, ведь на высоте 10 000 метров  только мы ваши медики, повара, официанты, пожарные, психологи, спасатели... Иногда даже и инженеры: мне как-то пассажир предложил отремонтировать его экран. 
 

Пассажиры флиртуют. Предлагают встретиться, сходить в кино, кафе. Как-то, на подлете к Екатеринбургу, меня вызвал испанец. Я думала, пить хочет, захватила водичку — в салоне душно было. Но нет, он, недолго думая, предложил мне руку и сердце, и я поняла, что вода понадобится мне.

Мои полеты прекратились вместе с уходом с рынка «Трансаэро».  Меня пригласили в «Аэрофлот», я успешно прошла собеседование, но отказалась там работать, потому что у меня есть более выгодные предложения на «земле». Могу вам только сказать, что теперь работаю на госслужбе.

Болен небом

Благовещенец Вячеслав Косицын окончил историко-филологический факультет БГПУ. Параллельно занимался вокалом и начал петь в городских кафе. При этом молодой человек всегда мечтал переехать в Москву. Построить творческую карьеру в столице не получилось. Спустя полгода в Москве открылся набор бортпроводников в «Трансаэро». Наверное, тогда Вячеслав не мог представить, что так «заболеет небом».

— За время работы в «Трансаэро» (3 года) я побывал во многих уголках земного шара. Это Доминикана и Таиланд, Куба и Гонконг, Вьетнам и Испания, Египет и Турция, да и Уфа с Самарой не остались в стороне. Любимым городом был и останется Благовещенск, хотя каждое место восхищает по-своему. 

Есть такие понятия, как разворотка, эстафета и кругосветка. Разворотка — это рейс туда и сразу обратно, обычно на короткие расстояния. Эстафетный рейс — это когда остаешься в пункте назначения на сутки и более. И кругосветные рейсы — это когда экипаж засылают в какой-нибудь курортный город и оттуда выполняются рейсы разворотные, проще говоря, живешь там и оттуда летаешь. Больше всего в расписании, естественно, развороток. Раз в месяц обязательна теплая эстафета, но и кругосветки были.
 

Мне несколько раз приходилось спасать жизни. Было много случаев, когда пассажиры падали в обмороки, большинство — из-за аэрофобии. Самый тяжелый случай был на рейсе из Краснодара в Москву. Девушка до такой степени боялась, что потеряла сознание и начала неметь и задыхаться. Было жутко, но мы с коллегами вывели ее из этого состояния, и она благополучно долетела. 

Летать никогда не боялся. Можно сказать, это запрещено бортпроводнику. Конечно, ты не знаешь, что тебя ждет сегодня на рейсе, но я был уверен в своей компании. По мировому рейтингу по безопасности «Трансаэро» входит в топ-15! Случались нештатные ситуации, но профессионализм экипажей, как кабинных, так и летных, не допускал негативного развития событий.
 

Я еще числюсь в штате «Трансаэро». Находимся сейчас в вынужденном простое. Нам должны выплачивать не менее 2/3 от средней заработной платы согласно ТК РФ. Реальной суммы никто не знает, как и того,  будет ли она вообще. Суточных с января по август 2015 года тоже можно не ждать. 

Это банкротство настолько искусственное, что противно. «Трансаэро» убрали с рынка с целью монополизации — с авиакомпанией было сложно конкурировать. Многие сотрудники уже учатся в «Аэрофлоте», я тоже проходил собеседование, но не знаю… люблю «Трансаэро» и свято верю, что мы продолжим летать.

Форма, которая окрыляет

У 23-летней Наталья Бондарик все получилось спонтанно. Однако, очутившись в небе, девушка поняла, что находится в своей стихии. О том, как окрыляет форма бортпроводника, Наталья поведала MOJO.

— На 5 курсе АмГУ меня потянуло на авантюру — решила пожить в Питере. Родителям сказала, когда уже все решила и взяла авиабилет. Они поддержали меня, хотя очень переживали. Через три месяца я решила переехать из Питера в Москву, но с нуля начинать было сложно. Мысль о работе бортпроводником пришла как озарение. Я начала узнавать о профессии, читать форумы, искать вакансии. А дальше все по стандарту — отправила анкету, пригласили на собеседование…

Первый самостоятельный рейс выполняла в Ханты-Мансийск. Тогда мои эмоции были связаны, в первую очередь, с ношением форменной одежды. Я ехала «по форме» в метро, испытывая ощущение, что на мне не форма, а нимб над головой — не меньше. Автоматически выпрямляешь спину, поднимаешь подбородок.

Я благодарна своей работе за то, что мне довелось увидеть Доминиканскую Республику, Таиланд, Китай, Индию, Египет. Но на вопрос, какая страна у меня самая любимая, я всегда искренне отвечаю — Россия.  Будучи бортпроводником, я смогла порыбачить в Анадыре, побывать на Камчатке, в Сибири, на Урале. Наша страна прекрасна — я это прочувствовала на себе!
 

Я искренне считаю, что свое дело нужно любить и тогда все неурядицы будут нипочем. Конечно, были и конфликтные пассажиры, и стычки с коллегами — не без этого. Вспомню наиболее яркий случай из практики. Возвращались из Доминиканы в Москву. А я немного переборщила с загаром и весь 12-часовой рейс не могла нормально шевельнуться — так все болело. И, как назло, у меня в салоне пассажиры начали ругаться между собой. Конфликт не стоил выеденного яйца, даже не назову сейчас причину. Но ссора была страшная. Мы пытались вмешаться, но пассажиры объединились против нас. Целое восстание хотели собирать. 

Сейчас я уже наработала опыт разрешения острых вопросов, да и близко к сердцу бы ситуацию не восприняла, но тогда у меня был шок. После того, как пиковая фаза прошла, я зашла в буфетно-кухонную стойку успокоиться. И просто выключилась! Не уснула, а просто ушла в себя. Это дико непрофессионально, но такой был стресс. Я очнулась от голоса пассажира за спиной и буквально подпрыгнула от неожиданности.

ЧП на борту не было. За исключением мелочей: задержка рейсов, замена борта перед рейсом, турбулентность. Бортпроводники общаются между собой и рассказывают о каких-то нестандартных ситуациях. У коллеги, например, в рейсе пассажир умер. А она тогда только начинала летать. 

Я ни разу не встречалась с пассажирами после рейса. Предложения поступали. Иногда были очень интересные мужчины, но я считаю, что влюбляются пассажиры в образ стюардессы, а не в человека. К тому же форма — это определенный статус и ощущение. Я не могу себе позволить ничего лишнего. Хотя о легкомысленности бортпроводниц ходят легенды. Мне даже как-то поступило предложение встретиться за деньги. Компания молодых людей летела в Анталию на мальчишник. После моего отказа они даже не извинились.

Я бортпроводник «Трансаэро» по сей день. К своему финалу компания так и не может прийти. Мне жаль, что не успела взять отпуск и слетать домой — нам предоставляли служебные билеты со статусом SA. По полной стоимости сложно себе позволить это путешествие. Я скучаю безумно! По любимым родителям, родственникам, друзьям, по Дальнему Востоку. 

Путь в небо

22-летняя благовещенка Наталья Ерошкина уже окончила школу бортпроводников, но чтобы получить свидетельство и работать стюардессой, нужно отлетать стажером 30 часов. Такой возможности в кризис компании предоставить не могут. Но девушка не отчаивается и надеется, что весной ее мечта осуществится. 

— Я и сама не понимаю, как меня занесло в авиацию, а уж родители тем более удивились. Сейчас и вовсе переживают в связи с последними трагическими событиями.

Год назад я работала в одном из ресторанов Благовещенска. Он находится при отеле, в котором часто останавливаются бизнесмены из других городов, из-за рубежа. Многие из них прилетают в столицу Приамурья на частных самолетах и со своими бортпроводниками. Со стюардессами я и разговорилась об их профессии, но не задумывалась о том, что буду сама иметь к этому отношение.

В то время я училась на последнем курсе АмГУ.  Я лингвист, у меня хорошие знания немецкого и английского языков. Но куда пойти работать, чтобы это не улетучилось, и была постоянная практика? И здесь я вспомнила о профессии бортпроводника. 

Обучение можно пройти от какой-либо авиакомпании, за ее счет, но ты должен будешь отработать в ней 3 года. В «Аэрофлоте» такая практика ведется. К сожалению, когда я собиралась уезжать из Благовещенска, набора в их школу не было, поэтому я остановилась на другой.

Это Школа бортпроводников В.А. Новохатской. Она находится при университете гражданской авиации в Москве, но имеет филиалы в крупных городах России. Я поехала учиться в столицу, так как здесь расположены главные аэровокзалы нашей страны. Обучение в Школе оплачиваешь сам, зато потом можешь выбрать любую понравившуюся авиакомпанию.
 

Я собрала документы, купила билет в один конец и, вскоре после выпускного улетела. 

Легко прошла врачебно-летную экспертную комиссию и «села» на обучение. Оно длится почти 3 месяца. Объем материала большой. Это порядка 10 дисциплин — от конструкции и эксплуатации систем и оборудования воздушного судна до организации питания пассажиров на борту. Проводятся и практические занятия.

Но для того, чтобы получить свидетельство бортпроводника, необходимо «отлетать» 30 часов в качестве стажера. На финальном стажерском рейсе (на профессиональном жаргоне — «провозка») заключение дает бортпроводник-инструктор. Положительное заключение — это допуск к местной квалификационной комиссии (проще говоря, госэкзамену). А вот решением МКК стажеру присваивается звание «Бортпроводник гражданской авиации РФ». Это и есть заветный допуск к самостоятельным полетам.

Но сейчас компании предоставить эти 30 часов и трудоустроить новичков не могут: в гражданской авиации большой кризис. Усугубила положение ситуация с банкротством «Трансаэро», которое произошло буквально за две недели до нашего выпуска из Школы! Обещают, что весной, когда начнется «горячая пора» для туризма, откроются наборы в авиакомпании. 

 
Нашли ошибку? Выделите её и нажмите Ctrl + Enter
Закрыть
Отправить сообщение об ошибке