Я — факелоносец

20 ноября, 2013 | 1404 4

19 ноября Благовещенск встретил эстафету Олимпийского огня. Десятки участников, тысячи организаторов, десятки тысяч зрителей. Многие из вас приобщились к этому празднику, но не все видели закулисье.

Для факелоносцев эстафета началась за многие и многие месяцы до дня Х. Завоевать право пробежать по улицам города с Олимпийским огнем можно было несколькими способами. Первый — стать великим спортсменом и попасть в группу, которую сформировало Министерство физической культуры и спорта Амурской области. Несколько человек за определенные заслуги пригласили партнеры Олимпиады. Например, в Благовещенске на Эстафете бежали трое жителей Китая, которые как-то участвовали в организации Пекинской Олимпиады, украинский известный фотоблогер. Вероятно, были и другие. Ну, и третий способ, пригодный для простых смертных — принять участие в конкурсе, который также проводили партнеры Олимпиады — «Ингосстрах», «Кока-Кола» и «РЖД».

Именно последний путь стал единственным возможным для вашего покорного слуги. Конкурс начался на исходе зимы. Банальное интернет-голосование, бессонные ночи в соцсетях, навязчивое убалтывание всех друзей — проголосуйте! После ждешь, грызешь ногти, мучаешься: ну, почему же они молчат?!

«Письмо счастья» мне пришло 10 июля. Автоматическое, но полное теплых слов, оно поздравило меня с тем, что я победил и вошел в ряды факелоносцев. И снова тишина — неизвестно, куда звонить, кому написать, что вообще делать. Сидишь и ждешь. После начали приходить письма с разными инструкциями. Честно говоря, они не много проясняли. В них были советы и запреты. Например, строжайше запрещалось разглашать список факелоносцев… который я в глаза не видел. Мне присвоили уникальный номер, который тоже как-то особо никуда пристроить не удалось.

Постепенно, благодаря СМИ, праздник стал обретать контуры. Он оказался глобальным! Весь город, так или иначе, вовлекался в него, хотя бы неизбежным стоянием в пробках. И вот, последняя инструкция: в такой-то час явитесь с паспортом в такое-то место. Никаких предварительных встреч, репетиций не было.

Прихожу в штаб за полтора часа. Я не знаю ничего, но и минуты растерянности нет. Вежливые обходительные волонтеры сразу объясняют мне куда идти. Удостоверяю свою личность паспортом Российской Федерации, расписываюсь в небольшой кипе бланков с очень мелким шрифтом. Честно признаюсь, пытаться прочесть не стал, у девушек–волонтерш поинтересовался и поверил их объяснениям.

Посылают в другое место — за формой. Быстро и легко получаю шелестящий пакет. С размером угадали — все подошло. Бело-разноцветная форма смотрится шикарно: яркие брендовые буквы Bosco и мелкое, но честное — madeinChina. Кстати, легкая и тонкая одежда оказалась весьма теплой. Последний этап — нумерация. На правую мою грудь орденом лепят круглую наклейку с номером этапа.

Все факелоносцы поделены на 4 группы. Всего в Благовещенске должны были бежать 85 человек. Должны были — потому что не все пришли, в нашей группе не было двоих, поэтому тем, кто находился перед ними, посчастливилось бежать два этапа. Именно посчастливилось, потому что делать это было совсем нетрудно, зато лучей добра (без иронии и сарказма) им довелось получить вдвое больше.

Перед выездом проходит инструктаж. К моему удивлению, главный упор понаехавшие из Москвы организаторы делают на эмоции. Они изо всех сил внушают нам, какой это светлый и радостный праздник, и, в общем-то, заряжают нас своим оптимизмом. Потом показывают факелы: за это хватать можно, за это — нельзя. На бегу не поворачивайте, а когда будете фотографироваться, наоборот, поверните, чтоб перо заметнее было.

Кстати: мне факел показался тяжелым. Я признаю, что очень далек от могучих представителей моего пола, но ведь среди нас были и женщины, и практически подростки. Но никто не подает виду, что его напрягает вес факела. Не подал и я.

Вручение факелов проходит без особых торжеств. Выкликают номер и передают агрегат из рук в руки. Под аплодисменты. Овации устраиваем постоянно. Я за полгода столько не хлопал. Вручают факел — хлопаем. «А теперь мы выдвигаемся на маршрут» — ура и хлопаем. Каждому выходящему участнику — хлопаем. Заходящему после этапа — хлопаем. Вручение сертификатов участника, факелов — хлопаем каждому.

Что меня поразило, так это слаженность. Все происходит без суеты, но вовремя. Учтено было, казалось, все! Ан нет! Во время погрузки в автобус куда-то пропадают двое факелоносцев. Наше милое амурское раздолбайство победило даже московскую точность! Уже полиция волнуется — надо выезжать, а у нас в автобусе недобор. Герои аврала появляются в последний момент. И мы выезжаем.

Пустынные, точнее, опустошенные улицы. Хочется увидеть глаза водителей, стоящих на заблокированных улицах, но окна наши затонированы. Впрочем, не буду нагнетать — транспортного коллапса в городе не случилось, перекрытие и открытие улиц проводилось довольно грамотно.

Как мне рассказывали, в начале эстафеты — и в микрорайоне хватало «нагнанных» зрителей. Тех, кого вытащили из школы, не пускали в общагу. Зато в центре народ действительно стоит толпами и по своей воле. Они кричат и радуются, и просятся на фото с обезьянкой. То есть, со мной.

Свой этап помню плохо. Это было, как в тумане. Или, скорее, в наркотическом волшебном дурмане. Под очередные овации я выхожу из автобуса и окунаюсь в крики и веселье народа. И понимаю, что я уже не я. Мое имя, моя личность ничего не значат. Я – факелоносец.

Обезличенный носитель олимпийского праздника. И этот праздник я дарю людям. Руки сами собой машут, лицо растекается в улыбке. Что-то кричу. С кем-то фотографируюсь. Хочется дать эту возможность — сняться со мной, как можно большему числу людей. И не из тщеславия. Ибо я — никто. Но у людей будет дома снимок, который они гордо озаглавят «Я и Олимпиада».

Отдых, увы, недолог. Вскоре, ко мне приближается «предыдущий» бегун. В руках — пламя, на лице — идентичная моей улыбка. Ко мне подбегает один из незаметных «хранителей огня», просит повернуть факел, что-то там делает ключом — и в воздухе начинает пахнуть газом. Меня направляют к «работающему факелоносцу», мы соединяем наши агрегаты под углом (как учили на инструктаже) и улыбаемся строго в определенную точку — туда, где нас фиксируют камеры.

Я «воспламеняюсь» и получаю команду «бегом!». В общем, всю мою короткую минуту славы меня вели эти неприметные люди — хранители огня. Они определили мне ось движения, скорость, попросили меня остановиться, когда «где-то что-то случилось». Мое дело было — улыбаться и дарить людям радость.

Потом финиш — следующий счастливец «забирает» у меня огонь. Хранитель опять выкручивает ключом что-то в моем факеле, пламя затухает. Я старательно фотографируюсь с желающими, мне дают некоторое время, затем мягко, но настойчиво зазывают в автобус №2. Опять овации, я сажусь в кресло. Все. Миссия выполнена.

Потом было дикое желание погулять в форме по городу, чтобы снова почувствовать себя безымянным носителем олимпийского праздника. Но я понял, что это тщеславие и переоделся.

Нашли ошибку? Выделите её и нажмите Ctrl + Enter
Закрыть
Отправить сообщение об ошибке