Запретный плод

Автор: Яна Лахай
26 августа | 2347 0

Против суррогатного материнства высказывается церковь, политические деятели, феминистки, большая часть общественности крутит у виска, а в ряде стран оно и вовсе запрещено. Однако для некоторых пар это единственный шанс иметь своего ребенка. Программа суррогатного материнства существует и в Приамурье. MOJO выяснил много интересного в разговоре с заведующей отделением гинекологии и вспомогательных репродуктивных технологий клиники «АмурМед» Надеждой Галузиной, а также побеседовал с девушкой, решившейся стать сурмамой. 

Последний шанс

— Я репродуктолог и чувствую изменения в обществе очень остро. Сейчас многие пары бесплодны, и эта ситуация с каждым годом ухудшается. Раньше люди брали малышей из домов ребенка, а сейчас с помощью медицины борются за шанс иметь своего ребенка, — отмечает Надежда Витальевна.

Раньше, когда пара долго не могла завести ребенка, «проблему» искали в женщинах, сейчас же активно обследуют и мужчин. Соотношение обращающихся за медицинской помощью бесплодных мужчин и женщин сравнялось. 

Проблему относительного бесплодия можно решить. Например, прибегнуть к контролируемой стимуляции, помочь женщине восстановить овуляторный цикл с помощью гормональных препаратов. Средний по сложности  вариант — искусственная инсеминация, то есть введение спермы партнера непосредственно в полость матки женщины. И, наконец, ЭКО — процесс оплодотворения яйцеклетки и развитие эмбриона на начальных этапах в лабораторных условиях, а затем его «подсадка» в матку женщины. 

Для тех же, кому невозможно помочь этими методами, последним шансом становится суррогатное материнство.

— Изначально женщины идут на это как на крайнюю возможность иметь своего ребенка. В анамнезе у таких пациенток удаленная матка, либо серьезное экстрагенитальное заболевание — патология почек, ранее перенесенные инфаркты и инсульты, серьезная неврология: закрытая и открытая черепно-мозговые травмы. То есть, это те женщины, которые просто физиологически не могут иметь детей или выносить их, — рассказывает Надежда Галузина. — Людей приводят к нам непростые жизненные ситуации. Обращаются за такой услугой не женщины — пары. Идут на это осознанно, поддерживают друг друга, готовятся к этому и морально, и физически, и финансово.

Девушки и женщины становятся суррогатными мамами не только из-за денежного вознаграждения, но и из гуманных соображений. Зачастую это подруги или сестры биологических родителей, которые хотят помочь своим близким. Выступают в роли суррогатной мамы и посторонние женщины. Многим из них требуются деньги на то, чтобы помочь своему ребенку или тяжело заболевшим родственникам.

— Я убеждена: что одних, что других пациентов сюда ведет безысходность. Я не видела ни одной суррогатной мамы, которая бы пришла заработать денег таким образом ради удовольствия, — уверена Надежда Витальевна.

Клиника «АмурМед» занимается программами суррогатного материнства с 2010 года. За последние пару лет счастливыми родителями с их помощью стали семь пар. Как рассказали здесь, сурмаму в Благовещенске ищут не только амурчане, но и жители Хабаровского края — их регион большой, а на всю территорию действует лишь один перинатальный центр. Интересуются программами суррогатного материнства и иностранцы. 

Сами амурчане тоже ищут сурмам по всей России, потому что «спрос» на суррогатных мам в регионе превышает «предложение». Для таких целей существуют федеральные сайты, но специалисты отмечают, что эта практика редко применима в нашем регионе. Чаще биологические родители хотят следить за ходом беременности и наблюдать за тем, как растет их ребенок. А везти женщину с другого региона нецелесообразно, так как помимо вознаграждения, медицинского обследования и процедур, оплаты лекарств, необходимо еще оплачивать проживание сурмамы.

Правовые пробелы

В России программа суррогатного материнства законна и регулируется Семейным кодексом, Законом РФ «Об актах гражданского состояния» и Приказом Минздрава № 107н «О порядке использования вспомогательных репродуктивных технологий, противопоказаниях и ограничениях к их применению». 

По правилам, к суррогатной матери предъявляется ряд требований: возраст от 20 до 35 лет, наличие своего ребенка, не более двух родов, письменное согласие супруга, если женщина состоит в официальном браке. 

— Согласно приказу Минздрава, мы проводим полное обследование биологических родителей и суррогатной мамы. Обычно, это занимает порядка двух-трех месяцев. Психологического тестирования сурмамы мы не делаем. По закону, консультация психолога и нарколога не является обязательной, но мы просим пациенток представить заключение о том, что они не состоят на учете у этих специалистов. И, конечно, говорим с потенциальными сурмамами сами. То, что они пришли к нам — для них уже стресс. Они перебороли себя. Мы не заводим карту сразу, не торопимся провести осмотр. Мы беседуем о готовности женщины. Если есть сомнения, то мы просим ее подумать и вернуться, будучи уверенной, что она способна на это.

Помимо медицинской поддержки, очень важной остается правовая сторона вопроса. Регулировать этот аспект клиника уже не может, поэтому суррогатные мамы и биологические родители самостоятельно ищут юристов и составляют договор «за закрытыми дверями». Однако правовое поле в этой области имеет множество пробелов.

— К сожалению, законодательно на федеральном уровне полноценно не защищены права ни биологических родителей, ни суррогатной мамы. Остается надеяться на благоразумие и предусмотрительность обеих сторон. Какой договор они составят между собой, так и будут дальше развиваться их отношения. У нас здесь суррогатные мамы задают вопрос: «А у меня точно заберут этого ребенка?». И тогда мы выдыхаем, потому что женщина изначально не настроена воспитывать и содержать этого малыша. Значит, наиболее вероятно благоприятное разрешение вопроса для обеих сторон. Так как многие пары приводят свою сурмаму, часто этого юриста я не вижу вообще. Не исключаю и лишь устной договоренности между ними. К счастью, на нашей практике не было ни одного конфликта между суррогатной матерью и биологическими родителями, хотя на западе страны таких историй полно.

Чужое дитя

Если обследование прошло успешно и суррогатная мама здорова, то биологических родителей и сурмаму готовят к процедуре переноса. 

— Мы забираем клетки у биологических родителей. Если с семенной жидкостью все понятно, то взятие яйцеклетки — хирургическая манипуляция. Она происходит под наркозом. Интересно, что когда мы рассказываем об этом суррогатной маме, происходит щелчок — она понимает, что это не ее ребенок. Что под анестезией будет находиться другая женщина, что это ее яйцеклетка и что и «кусочка» сурмамы там не будет. Она просто поможет людям стать родителями. Никакие внешние черты и особенности здоровья не передадутся от суррогатной мамы будущему ребенку, от нее он будет получать только питание. 

Есть понятие криопротокол, когда суррогатной матери переносят ранее замороженные клетки эмбрионов, а также существует синхронизация менструальных циклов сурмамы и генетической матери, когда с помощью гормональных препаратов достигается необходимая степень зрелости эндометрия суррогатной матери для имплантации эмбриона к моменту переноса.

— Перенос — безболезненная манипуляция. Это будто стандартный осмотр женщины в кресле, просто с участием еще одного доктора. Второй врач делает УЗИ, чтобы проконтролировать ультразвуковым датчиком, куда мы переносим эмбриона. 

Как отмечают специалисты, при криопротоколе вероятность беременности выше, нежели при применении естественного цикла. Обычно, пары просчитывают все наперед. Область у нас небогатая, препараты и процедуры дорогие. Поэтому каждая пара оценивает, сколько им будет стоить тот или иной шанс.

Через неделю сурмама делает тест на беременность, но он не всегда достоверен, поэтому еще через неделю она сдает кровь, а на третьей неделе идет на УЗИ. 

— Бывают случаи, когда плод не закрепляется и беременность не наступает. Тогда проводим повторную процедуру. Если синхронизация не получилась, пробуем криопротокол и наоборот. Биологические родители договариваются заранее с суррогатной мамой о неудачных попытках. Это либо вознаграждение, либо большая сумма в итоге, либо, если это близкий человек, за попытку не платят ничего. Но положительный результат только со второй-третьей попытки — это нормально, так как для наступления беременности должно сойтись очень много факторов.

В большинстве случаев биологические родители наблюдают за протеканием беременности, часто общаются с суррогатной мамой, обеспечивают ее всем необходимым, ходят с ней на УЗИ. Сотрудники медцентра знают историю амурской пары, которая жила вместе с суррогатной матерью. Они помогали ей ухаживать за ее ребенком — отвозили его в детский сад, на кружки, кормили и гуляли с малышом. После совместно пережитого незнакомые люди становятся друзьями, созваниваются и поздравляют друг друга с праздниками.

— Не знаю, присутствуют ли у нас на родах биологические родители. Это возможно с точки зрения законодательства, но тогда, по правилам, роды должны проходить в отдельной палате, а у нас этого сделать нельзя. 

Право оставить или отдать ребенка остается за суррогатной матерью. Она может оформить ребенка на себя, потому что изначально матерью считается та женщина, которая его родила. 

В России применяется такая практика: суррогатная мать подписывает согласие на регистрацию рожденного ею ребенка на имя генетических родителей, после чего органы ЗАГС выдают свидетельство о рождении ребенка на их имя. Но как рассказала Надежда Витальевна, в Приамурье зачастую процесс происходит иначе. Суррогатная мать пишет отказ от ребенка, а биологические родители усыновляют его.

Скрывая беременность

Общество относится к суррогатному материнству негативно. Порицают сурмам не только окружающие и знакомые, но и близкие люди. 

— Думаю, что ситуация не изменится. Процент людей, которые могут иметь детей выше, чем количество бесплодных, и им не дано понять, каково не иметь такой возможности. Женщина, решившая воспользоваться программой суррогатного материнства, — это женщина с тяжелой судьбой. В наших кабинетах ведутся сложные для пар разговоры, потому что темы очень личные и болезненные — женщины плачут, мужчины психуют и даже уходят, но возвращаются. Повторюсь, сурмамами тоже нередко становятся от безысходности. Да, кто-то это осуждает, кто-то поддерживает, но клиника создана для того, чтобы помогать. Здесь важно чутко и уважительно относиться к обеим сторонам. Может, люди станут терпимее к этому  относиться, хотя бы как к медицинской процедуре. Мы же, когда работаем с клетками и понимаем, что на твоих глазах развивается жизнь, чувствуем себя будто в космосе. Мы работаем в другом мире и с другими пациентами. Это для нас настоящее чудо.

В клинике «АмурМед» говорят, что давление общества, боязнь осуждения чаще всего и останавливает женщин вступить в программу суррогатного материнства и помочь людям. Те же, кто все-таки решается на этот шаг, стараются скрыться от посторонних глаз. 

Наша героиня Кристина (имя девушки изменено по ее просьбе) тоже не сторонник того, чтобы афишировать свое участие в программе. О том, что она планирует стать суррогатной мамой, знает только супруг и свекровь. Недавно девушке сделали «подсадку» эмбриона и теперь она ждет результатов анализов. 

— Мне 21 год, моему ребенку 2 года и 8 месяцев. У меня есть муж, мы состоим в официальном браке. 

На объявление о суррогатном материнстве я наткнулась случайно и решила посмотреть, что мне скажут на это. Я прошла обследование, оказалось, что подхожу. Мы поговорили с мужем и решили, что деньги лишними не будут — недавно купили квартиру и нужно делать ремонт. Тем более, я не работаю. Стимулом стало и то, что я смогу помочь людям. 

С биологическими родителями мы знакомы. Они иностранцы, из Японии. Общение происходит с помощью переводчика. Они переводят деньги на лекарства, постоянно звонят и интересуются, как проходит лечение. Мы присылаем фото купленных таблеток, чеков. Отчитываемся за потраченные средства. 

Договор у нас подписан на полмиллиона рублей. Если с первого раза не получится, будут еще «подсадки». Мы договорились на четыре попытки. За каждую платят 100 тысяч, а 25 я получаю ежемесячно после факта установления беременности. Препараты и обследование оплачиваются отдельно. Таковы примерные суммы. Мне кажется, что договор составляют, кто во что горазд. Что попросишь, то тебе и постараются предоставить.

Беременность я планирую скрывать. Просто не буду попадаться людям на глаза. Окружающие ведь будут недоумевать, как я могу его отдать, ведь носила девять месяцев. Но это же чужой ребенок, там нет ничего моего. Я просто его «поношу», помогу людям, они будут довольны и я, соответственно, тоже.

Нашли ошибку? Выделите её и нажмите Ctrl + Enter
Закрыть
Отправить сообщение об ошибке